На полях Евразийского экономического форума корреспондент Ulysmedia.kz поговорила с председателем суда Евразийского экономического союза Александром Дроновым. Он рассказал, как часто Казахстан и другие страны обращаются к ним в поисках правосудия, с чем связаны большинство разбирательств и как правосудию мешает искусственный интеллект.
Как подтвердил глава суда ЕАЭС, в последние годы число дел заметно выросло. До конца 2026 года планируется рассмотреть около 12 – 13 запросов и исков, что, по словам Александра Дронова, для такого суда очень много.
- Сейчас у нас на рассмотрении несколько дел. Есть заявление о разъяснении тематики естественных монополий, причем заявители – из Казахстана. Рассматривается дело, связанное с таможенной классификацией, поступившее от Российской Федерации, - перечисляет он.
Казахстан и Россия традиционно чаще других обращаются в суд ЕАЭС, но в последние годы заметно выросла активность Кыргызстана.
Причем Кыргызская Республика, по признанию Дронова, не так давно подала один из самых сложных исков.
- Это было дело о предоставлении медицинских услуг трудовым мигрантам, гражданам государств-членов Союза. Дело оказалось социально-значимым и непростым. Оно показало, что существует необходимость наращивать сотрудничество между государствами в этой сфере и создавать правила, которых пока еще нет, - отмечает судья.
Он отметил, что именно споры о применении положений договора о ЕАЭС в социальной и экономической сферах являются самыми распространенными.
Мы спросили у Александра Дронова: с чем, по его мнению, связан выросший поток обращений в суд? Может быть, в ЕАЭС растет недопонимание между странами?
Судья считает, что тенденция свидетельствует о совершенно противоположном.
- Если бы договор не работал, государства не обращались бы в суд. Они приходят именно потому, что хотят получить ответы на вопросы, связанные с применением договора, - уверен Дронов.
Глава суда ЕАЭС отдельно остановился на сложности правовой архитектуры Евразийского союза. По его словам, право ЕАЭС представляет собой отдельную интеграционную систему, которая существенно отличается как от международного, так и от внутреннего законодательства государств.
- Это право является не международным в классическом понимании и не национальным. Это право интеграционное. Основу его составляет договор, который выполняет роль своего рода конституции Союза, - пояснил он.
По словам Дронова, именно различия в национальных нормах стран-участниц часто становятся причиной правовых коллизий.
- У каждой страны есть свои правила, и за счет этого возникают определенные вопросы. Поэтому суд помогает формировать единую правоприменительную практику без необходимости каждый раз создавать новые нормы, - отметил председатель суда ЕАЭС.
Но тех, кто разбирается в праве Союза, по словам Александра Дронова, крайне мало, поэтому среди задач суда ЕАЭС – в том числе повышение осведомленности юристов о законодательстве ЕАЭС.
С учетом всей тематики Евразийского экономического форума и его ключевой сессии, мы не могли не спросить главу суда ЕАЭС о том, как на работу его структуры влияет искусственный интеллект.
- Никакая правовая база не успеет за развитием технологий, которые в такой динамике происходят. Они на нас нахлынули как поток, не могу сказать, что совсем мутный, но мутноватый. Потому что искусственный интеллект – это уникальная технология, которая дает, с одной стороны, очень широкие возможности, но с другой стороны, ставит очень серьезные задачи для тех, кто его хочет использовать, чтобы не наделать большой беды, - признается Александр Дронов.
По его словам, сейчас юристы сталкиваются с так называемыми «галлюцинациями ИИ».
- Доходит до того, что в нескольких странах уже были вынесены штрафные санкции на основании придуманных ИИ несуществующих аналогичных судебных дел или монографий известных юристов, которые никогда не были написаны, - рассказал он.
При этом Дронов убежден, что потенциал у искусственного интеллекта огромный, ему лишь нужны четкие юридические, технологические и административные рамки использования. И сейчас в суде ЕАЭС стараются их обозначить.
- Мы хотим, чтобы цифровые технологии использовались для создания эффективной системы электронного права и электронного участия в экономических процессах, - объяснил он.
Суд ЕАЭС существует с 2015 года и базируется в Минске. В состав Суда входят по два судьи от каждого государства-члена ЕАЭC. Судьи назначаются на должность Высшим Евразийским экономическим советом по представлению государств-членов на 9 лет.
При этом став судьей, они должны принести присягу и осуществлять работу независимо от государственных и межгосударственных органов, коммерческих, политических, религиозных, социальных и иных структур.
Руководство деятельностью Суда осуществляет Председатель. Председатель и заместитель избираются на должности из состава Суда большинством судей и утверждаются Высшим советом, при этом Председатель и заместитель Председателя не должны являться гражданами одного и того же государства-члена. Срок полномочий Председателя и его заместителя — 3 года.
Александр Дронов занимает должность председателя суда ЕАЭС с 2024 года, до него наднациональным третейским институтом руководили белорус Александр Федорцов, казахстанец Жолымбет Баишев, и армянка Эрна Айриян.
По каждому делу Председатель определяет состав Суда и судью — докладчика, передаёт заявления (жалобы) на рассмотрение соответствующему составу Суда.
