×
447.4
477.55
4.76
#паводки #правительство #СудБишимбаева #финансы #назначения #акимы #январские события #война в Украине
447.4
477.55
4.76

На что тратит миллиарды Kazakh Tourism, монополия в нацпарках и дорогой казахстанский туризм: откровения вице-министра

22.01.2024, 13:00
Коллаж Ulysmedia

Туризм, о развитии которого много говорят в Казахстане, но мало что меняется, стал темой беседы для очередного интервью Ulysmedia. Открыто поговорить о проблемах отрасли согласился вице-министр туризма и спорта Ержан Еркинбаев. Почему казахстанцам не по карману отдых в собственной стране, есть ли монополия в нацпарках, на что тратит миллиарды туристическая нацкомпания, кому принадлежит Шымбулак – эти и многие другие вопросы адресовала чиновнику главный редактор Ulysmedia.kz Самал Ибраева. Вице-министр признался, что за откровения, прозвучавшие в интервью, его явно «не похвалят»…

Пандемия показала, что спрос на внутренний туризм большой, но нет инфраструктуры, где-то мы все еще не готовы к удовлетворению этого спроса. Создана и функционирует национальная компания «Казахтурим». Сложилось мнение, что компания беспечно тратит государственные средства, при этом нет какой-то четкой концепции развития этой отрасли. Хотелось бы поговорить об этом и получить от Вас откровенные ответы на эти вопросы…

- Cпасибо за приглашение. Очень рад, что будут нестандартные многогранные вопросы. Готов открыто прокомментировать любую ситуацию, которую вы озвучите. И я совершенно не пытаюсь утверждать, что проблем в туризме нет.

Значит, проблемы есть?

- Абсолютно.

ЭКОТУРИЗМ ПО-КАЗАХСТАНСКИ ИЛИ МОНОПОЛИЯ В НАЦПАРКАХ

Давайте начнем с одной из острых тем – развитие туризма в национальных парках. Реализация этого проекта вызвала большой общественный резонанс. Есть мнение, что, преследуя цель развить туризм, мы забыли о сохранении заповедных территорий, на которых обитают краснокнижные животные. Как сейчас идет развитие туризма в нацпарках?

- Я сегодня являюсь руководителем госоргана, который осуществляет политику в туризме. Но прежде, до этого, я тоже имел отношение к экоактивистам, активно выступал за сохранение многих видов, очень много лет и усилий этому посвятил. Для меня очевидно, что, развивая туризм, надо соблюдать тонкий баланс, позволяющий сохранять экологию. Для меня это четкая грань, которую переходить нельзя. Если встает вопрос - чем пожертвовать либо мы гонимся за цифрами в туризме, но где-то закрываем глаза на сохранение биоразнообразия, конечно, очевидно надо выбирать сохранение стабильности и устойчивого развития экологии. Для меня это четкая грань, хоть и тонкая.

Экотуризм - во всем мире самый развивающийся вид туризма, и очевидно, что, закрывая нацпарки от посещений, ограничивая поток туристов, мы ничего не добьемся. Спрос на посещение нацпарков будет с годами расти. По итогам 2022 года, по официальной статистике, которая наверняка тоже не отражает реальности, количество посещений составило 2 млн. Это в 2 раза больше, чем в допандемийный период.

Если в нацпарках не будет базовой инфраструктуры, которая обеспечивает пребывание туристов без нанесения вреда природе, тогда состояние животных и растений будет значительно и очевидно ухудшаться. Я за то, чтобы эта инфраструктура появлялась. Под инфраструктурой я имею в виду именно туристское в чистом виде. Я не говорю о строительстве отелей, тойхана, очень сложных бетонных многоэтажных зданий. Я говорю о благоустройстве троп, смотровых площадках, об инфраструктуре, которая помогает нацпарку остаться без мусора, об указателях, чтобы турист знал куда идти, куда можно идти, куда нельзя, где он тревожит животных, где не тревожит, где опасно, а где безопасно. Это все базовая туристская инфраструктура. Сейчас мы как госорган пытаемся добиться, чтобы во всех 14 нацпарках она появилась. Не все они одинаково посещаются. Понятно, что нацпарки Алматинского региона посещаются кратно больше, антропогенные нагрузки кратно больше. Некоторые нацпарки, к счастью, еще пока остаются малопосещаемыми и эффекта негативного меньше. Но вопрос инфраструктуры не заставляет ждать, надо решать быстро.

Да, инфраструктуру надо развивать, но у нас так получается, что под этим «соусом» были пролоббированы бизнес-интересы определенных людей. Почему у нас только один бизнесмен должен развивать инфраструктуру в нескольких нацпарках? Почему нет прозрачности в этом вопросе?

- Со всей ответственностью могу сказать, что нормы, ограничивающей или обеспечивающей монопольное развитие только за одним инвестором монополию на всех нацпарках, такой нормы я не видел и ее не существует.

У нас господин Александр Гужавин забрал и в Алатауском нацпарке лакомый кусочек, и в Алтын Эмель, и в Чарыне…

- Я даже больше скажу, он не забрал, а получил по результатам конкурса не один-два участка, а получил 20. Конкурс проходил по правилам, которые установлены соответствующим госорганом. Если госорган признал этот конкурс состоявшимся, то значит он состоялся.

Вам не кажется, что каждое направление должно обеспечивать мультипликативный эффект для экономики Казахстана и вопросе развития туризма в том числе? Этот эффект должен быть и для малого, среднего бизнеса в том числе, а не только для одного бизнесмена. Разве не этот принцип должен продвигаться в Новом Казахстане?

— Это совершенно правильный принцип. А кто против него?

Тогда почему нет других бизнесменов?

- Они есть, особенно в популярных нацпарках. Там действует большое количество субъектов бизнеса, особенно в нацпарках Алматинского региона. Там разношерстность, хаотичное использование земель нацпарка приводит к бардаку, который там есть: это и пластиковые юрты, и контейнеры…

Я с этим согласна. Но речь немного о другом. Когда идет процедура конкурсного отбора для создания инфраструктуры, должно обеспечиваться максимальное информирование об этом, публиковаться в социальных сетях, в СМИ, чтобы большее количество представителей бизнеса могли участвовать. Но, к сожалению, этой работы мы не видим…

- Я не вижу подвоха. Конкурсы проводятся и сейчас, и на протяжении нескольких лет в других нацпарках появляются новые землепользователи, которые строят новые эко-отели. Недавно, проводя отчетную встречу перед населением СКО, я посетил нацпарк, там появились новые субъекты бизнеса, которые получили на основе конкурса свой земельный участок. У некоторых большой участок, у некоторых маленький…

Больших олигархов нет, только МСБ?

- Судя по разношерстности, у каждого участка землепользования отдельный предприниматель, который неплохо справляется с задачей. Я не вижу, что по всем 14 нацпаркам стоит какое-то ограничение, которое не дает никому, кроме Гужавина, участвовать в конкурсе. Гужавин в нескольких нацпарках действительно по результатам конкурса выиграл несколько участков, несколько из них он уже осваивает. И я бы подверг сомнениям (его деятельность – Прим. авт), если бы он начал деятельность со строительства отелей, каких-то коммерческих объектов…

Но он построил визит-центр, где платный туалет…

- Если бы в условиях конкурса было бы прописано, что туалет должен быть бесплатным, я думаю, что он бы его сделал бесплатным.

А его нельзя сделать бесплатным?

- Я тоже был в разных ролях: и в бизнесе был, и жил в глубокой деревне, ауле. Я знаю как народ относится к платному и бесплатному. И мировую практику знаю. И, честно говоря, я не против того, чтобы туалет был платный.

Одно дело, когда туалет стоит 120 тенге, а другое – 40 тенге…

-Да, в 3 раза разница. Если у него в правилах не было обязательства сделать его бесплатным, наверное, это упущение министерства…

Но можно же внести поправки?

- Сделай его бесплатным или заявись со своим предложением в наше министерство и получи свои 83 тыс. тенге на то, чтобы обеспечить салфетками и химикатами эти туалеты, и не бери с людей денег, но это уже его выбор и на его совести.

На 49 лет человеку отдали нацпарк, он, например, на субподряд отдает. Мне кажется, что это нечестно: получить участок и потом раздавать его в субподряд…

— Это не то, что нечестно, это незаконно.

Но он же так делает?

- Он этого не делает, поскольку закон запрещает.

Ресторан «Тары» ведь ему не принадлежит, это не его деятельность, но каким-то образом ресторан тоже участвует…

— Это совместная деятельность концепта «Тары» с землепользователями.

Но когда он участвовал в тендере, заявлялся на него, там был эко-отель, другие объекты, но ресторана «Тары» в планах не было…

- Он же не отдал ему землю, он отдал ему кусочек своего визит-центра, где по обязательствам он должен был обеспечить общепит. Если бы там был какой-то шашлычный оператор с алкоголем, разве это было бы лучше, чем ресторан «Тары»? «Тары» — это наш бренд, которым мы гордимся…

Да, это наш бренд. Но тогда они должны были участвовать честно, в конкурсной борьбе наряду с другими компаниями. Все эти компании – «Тары», «Туранга» и другие должны были открыто участвовать в конкурсе и заявляться, подавать документы, проходить конкурс…

- Cамал, этот конкурс был в 2019 году. Тогда бренда «Тары» не существовало.

Другие рестораны казахской кухни существовали. Да, туризм, экономику надо развивать, но ведь все должно быть честно и прозрачно.

- Я пока что не заметил ничего закрытого и непрозрачного. Если это есть, вы мне покажите, давайте эту тему раскроем, мы же госорган.

ПЛАЧЕВНЫЙ ПРИДОРОЖНЫЙ СЕРВИС: КТО ВИНОВАТ И ЧТО ДЕЛАТЬ?

Еще одна больная тема, она, наверное, не относится к компетенции вашего ведомства, но соприкасается с вашей деятельностью. Речь идет о работе «Казавтожола» по обеспечению придорожного сервиса. На трассах у нас элементарно не хватает туалетов. О каком развитии туризма может идти речь, когда эта проблема все еще актуальна?

- Тут, конечно, защищать коллег или другие госорганы, я не могу. Проблема есть, она попадает в кадры телефонов блогеров из других стран, и все высмеивают туалеты вдоль дороги. Построить придорожный сервис на территории Казахстана по всем трассам республиканского значения и построить то же самое в более маленькой стране, например в Грузии или Узбекистане — это два разных масштаба работ. Сегодня «Казавтожол» говорит, что 75% придорожного сервиса соответствует нацстандарту. Но 75% это мало, нам надо принять политическое решение и покрыть дефицит придорожного сервиса и санитарных узлов на пути туриста на 100%. Это надо сделать быстро, иначе это наносит негативный имидж стране.

Каждый год об этом говорится, но ничего не меняется.  Некоторые туалеты еще закрыты, при этом стоят построенные…

- Если не хватает у нас бюджета, чтобы полностью покрыть дефицит и поставить везде современные туалеты, давайте все-таки снесем те туалеты, которые страшные и портят имидж. Давайте их уберем, пусть их лучше совсем не будет, чем они такие есть. Нормальная психика современного иностранного туриста в принципе не выдерживает этого. Это мы, может быть, с детства привыкшие. Это один из вопросов, которые мы на очень высоком уровне ставим.

Критику, безусловно, получаю я и мое ведомство – министерство туризма. Мы не можем строить туалеты и дороги, у нас по закону либо строит местный исполнительный орган, или «Казавтожол», но критика к нам приходит. Естественно, мы заинтересованы в разрешении этих вопросов. Мы на самый высокий уровень этот вопрос поднимаем. Все упирается в вопрос бюджетов, не каждый госорган может на все свои «хотелки» получить необходимое.

Один туалет оценивается в 20-21 миллион тенге. Это не слишком высокая цена?

- Я видел примеры туалетов по французской технологии, очень классных, которые не нуждаются в ежедневном спецобслуживании, и один такой «под ключ» выходит 9-10 миллионов тенге. При этом очень красиво выглядит. В некоторых нацпарках строят подобные, есть инвестор.

Есть и плохие примеры акиматов, которые по 24 миллиона тенге покупают, делают их и они стоят закрытые, потому что сетей нет. И вот они стоят, и в Ясеневой роще есть, в ряде нацпарков. Ошибка, признаю. Акимат пошел на то, чтобы построить этот туалет и думал, что соседнее управление внутри акимата протянет туда сети. Или решим позже, а сейчас главное туалет поставить, первый шаг сделать, протянуть сети, а оказалось не так просто. И до сих пор эти раздражающие туалеты есть. При том, что мы обозначили всеобщий дефицит туалетов на пути туриста, проехали по стране и сказали: нам нужно как минимум 500 туалетов, поделили на акиматы, поставили им KPI. 200 туалетов кое-как построили, 300 туалетов остается дефицит. Это дефицит, который нужно решить одним решением и за один год.

«РОМАНС» О ФИНАНСАХ KAZAKH TOURISM ИЛИ ЗА ЧТО НЕ ПОХВАЛЯТ ВИЦЕ-МИНИСТРА

О развитии туристической отрасли говорится много лет. На всевозможные программы для развития туризма выделяются миллиарды. Не так давно аудит выявил нарушения по линии нацкомпании Kazakh Tourism. Не могли бы Вы рассказать, сколько средств было выделено на развитие туризма за последние три года, какие нарушения были и кто понесет ответственность за неправомерную растрату?

- У нас более-менее системный документ — это была госпрограмма развития туризма до 2025 года, которую приняли в 2019 году. Госпрограмма была с хорошими мероприятиями, с системными мерами. Госпрограмма не была подкреплена финансированием. Там указан хороший перечень проектов, которые надо осуществить без финансирования. Множество проектов, особенно инфраструктурных, это бюджетное финансирование. Но специально выделенных денег на это не было. Акиматы, насколько могли, выделяли деньги, госорганы, насколько могли, выделяли деньги. 50 млрд в год на инфраструктуру, на сети, дороги для туризма по всей стране выделялись, импульс пошел, частные инвесторы привлекались, но специального определенного бюджета на реализацию госпрограммы, – такого не было понятия.

Что касается нацкомпании Kazakh Tourism, тоже в 2019 году ее создали. Сказали, что это нацкомпания, которая должна заниматься маркетингом, маркетинговой рекламой для страны…

Не слишком ли жирно создавать целую нацкомпанию для осуществления маркетинговой рекламы?

- Это практика многих стран, практически всех. При каждой стране есть нацагентство, нацкомпания, которая занимается только продвижением туристического потенциала, рекламой и т.п. (…) В 2019 году Kazakh Tourism, в первый год работы, компании было выделено 3,2 млрд тенге на содержание, продвижение. На текущий год – 1,5 млрд тенге.

На что эти деньги ушли?

- Там разные мероприятия были, они провели много серьезных экспедиций, отрисовали маршруты, присутствовали на всех ключевых ярмарках по миру, Берлин был, Лондон. Стоял хороший страновой стенд казахстанский. Это все денег стоит и это необходимые мероприятия. В чем была ошибка? Тогда у Kazakh Tourism и в последующие годы тоже, было и есть право закупаться из одного источника…

Здесь и начинается беда…

- Здесь начинаются подвох и игра. Я с вами открыт и прозрачен, и не уверен, что за эту открытость меня завтра похвалят.

Итак. 3,2 млрд тенге, закупки из единого источника, закупаемся у того, у кого решили. Единственное, согласовываем эту закупку с нацпалатой «Атамекен» и с АЗРК.

А кто решал, с кем заключать договоры?

- Предлагал Kazakh Tourism, если НПП и все ассоциации давали свое разрешение, АЗРК давал свое согласование, закупка шла. И что это породило в итоге? Рынок и бизнес начали бороться между собой, чтобы получить контракт у Kazakh Tourism. Кто-то забирал, кто-то нет, он был недоволен, начинал лить грязь в сторону исполнителя и Kazakh Tourism. Kazakh Tourism в следующий раз отдавал второму, третьему, это порождало накапливающийся слой негатива, сплетен, порицание и негатив, в том числе наверняка и справедливый. В целом, это пошло в большой негатив. В 2020-2021 годы из-за пандемии резко финансирование сократили, пришлось распускать людей на 42 500, многих сократили. Сейчас у Kazakh Tourism бюджет 1,5 млрд на содержание и аренду офиса, командировки, мероприятия, обучающие программы и участие в выставках.

Но закупки из одного источника вы прекратили?

- Я прекратил. Хотя закон и сейчас позволяет. Я сказал: покажите теперь рынку, что можно закупаться на тендере и к чему это приведет. (…) В итоге мы получаем мероприятие, где звук есть, а света нет, полиграфия есть, а баннера нет. Это привело к неэффективности мероприятия. Мероприятие проходит, у него пред-пиар не состоялся, люди не знали об этом мероприятии, на него никто не приходит.

Я сказал: пусть меня могут наказать за неосвоение, чем за то, что я эти деньги потрачу, каким-то образом мы это все закроем, акты подпишем. Пусть я лучше верну. По итогам прошлого года мы очень большую сумму вернули, не освоив.

А что по проверке Счетного комитета?

- Со Счетным комитетом это другая история. Счетный комитет выявил нарушения на 1,5 млрд тенге, и мы все эти 1,5 млрд тенге объяснили.

1 млрд из указанных нарушений касается национального туристического портала. В свое время министерство разработало информационный портал Kazakhstan.travel о том, что такое Казахстан, где отражены все туробъекты страны и т.д. Его балансовая стоимость около миллиарда тенге. По этому порталу министерство принимает решение и передает на баланс Kazakh Tourism и дает средства на его содержание. В год, если я не ошибаюсь, около 200 млн тенге идет на перевод, контентную часть, аренду серверов, все это Kazakh Tourism делает. Приходит Счетный комитет и спрашивает: министерство в курсе, что вы не имеете права тратить деньги на портал, который не стоит на балансе у министерства? Мы говорим: Kazakh Tourism по закону обеспечивает работу портала. По мнению Счетного комитета, портал должен быть возвращен министерству на баланс.  Мы сейчас только-только его вернули. Таким образом, из указанных 1,5 млрд тенге – 1 млрд это просто неправильная передача. По остальным 500 млн есть моменты, где, к примеру, были какие-то командировки, люди покупают билеты, потом командировка отменяется, теряется смысл, эти деньги люди должны вернуть назад, они эти деньги вернули.

Получается, хищений не было?

- Хищений не было, недостачи не было, были процедурные бухгалтерские нарушения без хищения на общую сумму 1,5 млрд тенге. Ответственность понес я, как администратор бюджетной программы. Я как госслужащий ее принял и не оспаривал.

Какое было наказание?

- Два штрафа за два периода, идентичные штрафы по 370 тыс. тенге. Если сразу его платишь, в течение определенного периода, то ты можешь заплатить половину штрафа. Поэтому два штрафа по 370 тыс., я заплатил только 370 тыс. тенге.

ТУРКЕСТАН: ВСЕ ЛИ СДЕЛАНО?

Последние 3 года ставка делалась на Туркестан… Как вы думаете, какой потенциал по развитию туризма у Туркестана? Все ли сделано для развития туризма там? Да, появился красивый объект – Караван-сарай, но я была удивлена отсутствием каких-то элементарных вещей близ мест со святынями. К примеру, там даже воды негде попить…

- Да, мы не только экологией славны, есть и культура, отчасти она и начиналась в Туркестане. Но вы объективно говорите, что Туркестан не должен состоять только из Караван-сарая. У этого объекта была своя миссия – быть большим магнитом, причем не только для паломников, а для разного формата туристов.

Вы спрашиваете: до конца ли мы сделали свою работу по Туркестану? Нет, еще много работы, и не только нашей работы, как министерства, а еще и местного исполнительного органа.

Работа эта проводится, благоустройство мест паломничества, санитарных пунктов, установка указателей, это все идет, но, конечно, не за один год. Мы как центральный госорган заставить Банк развития Казахстана или другой финансирующий банк сделать это все на всей территории Туркестана не можем. Появился инвестор-частник, который построил Караван-сарай, и этого, я согласен, недостаточно. Сейчас самый большой магнит для паломников – мавзолей Ходжа Ахмед Яссауи - закрыт на реконструкцию, ближайшие 3 года как минимум будет закрыт. Это серьезный минус для туризма, но это необходимо.

Вы знаете, что в Туркестане за туристов посчитали граждан Узбекистана, которые едут в Казахстан заниматься стройкой? Их посчитали туристами и за счет этого демонстрируется большая цифра.

— Это неправда. У нас трудовых мигрантов могут посчитать туристами, если они живут в отеле. Наша официальная статистика гораздо ниже, чем по факту. Не все отели регистрируют иностранных туристов и местных тоже. В разных интересах они не показывают клиентов, которые останавливаются. Поэтому официальная статистика у нас складывается из тех, кто остановился в местах размещения. И поэтому, когда мы говорим, что иностранных туристов в конце года 1,4 млн, это реальная цифра. Кто-то говорит в Грузии 7 млн, у Узбекистана больше, но у них другая методика: у туристов спрашивают с какой целью приехали, они говорят туризм и попадают в эту статистику по туризму. У нас же без разницы: кто пересекает границу, если он остановился в гостинице, только тогда он называется туристом. Если трудовой мигрант зарабатывает столько, что он ночует в гостинице, то он турист. Если турист приехал и снял квартиру, он не попадает в статистику, но по факту он турист.

Какой экономический эффект от посещения 1,4 млн туристов?

- Каждый иностранный турист из дальнего зарубежья, по данным Нацбанка, тратит 1,5 тысячи долларов. Это неплохой показатель, потому что у других стран, у наших соседей, это около 200 долларов. Это говорит о том, что к нам приезжает качественный турист. Мы тоже акцентируем внимание, что нам не нужна цифра, мы не хотим кого попало в роли туристов, нагрузка на экологию растет, на транспорт, самолеты забиты, поездов нам самим не хватает. Если мы будем гнаться за количеством туристов, то мы теряем во многом, а получаем экономический эффект меньше.

ОТДЫХ В КАЗАХСТАНЕ НЕ ПО КАРМАНУ КАЗАХСТАНЦАМ

Еще одна ставка государства была на развитие туризма в Актау. Был построен Rixos water world Aktau, аквапарк, но простой казахстанец, у которого зарплата 160 тыс., да что там говорить, даже 500 тысяч тенге, не может себе позволить отдых там, потому что очень дорого. В Турцию, Египет дешевле слетать. Почему нет такой возможности обеспечить отдых детям простых учителей, для медиков, простых рабочих? Ощущение, что делается только все для иностранцев…

- Одна из лично моих миссий, чтобы внутренний туризм в Казахстане стал доступным не только для тех, кто хорошо зарабатывает, чтобы он был доступен для всех. И вы правы, пока Rixos water world Aktau один на территории теплого пляжа, он будет дорогим и забитым. Пока в Боровом очень маленькое количество отелей, он тоже будет дорогим и забитым. Пока Шымбулак будет один, он будет дорогим. Нам нужна конкуренция, которая сбавит цены. Мы не то государство, которое может влезть в дела бизнеса и сказать: не ставьте стоимость номера больше 25 тысяч тенге. Потому что мы делим условия, чтобы бизнес развивался, мы не вторгаемся. Именно поэтому мы сделали бесплатный перелет детей. В следующем году хотим сделать кэшбек, если внутри Казахстана граждане путешествуют, возмещать им 20% от их суммарных затрат от путешествия внутри страны.

(…) Я всегда говорю: давайте также строить обычные отели, не брендовые, с местным управлением. По последней договоренности там должен появиться большой детский лагерь круглогодичный.

У нас должны появляться разного уровня и доступности отели, и у нас должна появиться конкуренция, которая не позволит задирать цены.

Но ведь нет этой конкуренции… Условий для этого нет…

— Это частные инвестиции, мы же не те страны, которые за госинвестиции отели строят. Чтобы частный инвестор приходил с удовольствием в туризм, ему нужно давать приятные условия, при которых его бизнес-кейс будет отбиваться и потом будет зарабатывать. В туризме все проекты очень долгие, льготное финансирование у нас было до недавних пор всего лишь на 5 лет, потом продлили до 7 лет. Все местные девелоперы говорят: не получается, не отбивается проект за 7 лет. (…) Сейчас правительство поддержало, вносятся изменения в правила по льготному финансированию проектов туризма. Теперь льготное финансирование по 7-8% будет доступно на 10 лет.

КВЕСТ «ДОБРАТЬСЯ ДО АЛАКОЛЯ»: РЕШЕНИЕ НАЙДЕНО?

Еще одна проблема у нас – это добраться до озера Алаколь. Многие отказываются от отдыха там по этой причине…

- Долгое время проблемным был аэропорт, что на том побережье, что на этом. Устаревшие аэропорты не могли принимать самолеты, потом их закрыли на реконструкцию, наконец они открылись, теперь они могут принимать борты, но появилась другая проблема - бортов не хватает, так же как и железнодорожных вагонов. Даже сейчас волевым решением КТЖ поставил в сезон туда «Тальго» и из Алматы и Астаны, но этого недостаточно.

А нельзя открыть чартерный рейс?

- У нас в стране самолетов не хватает. (…) Физических бортов нет. Что мы можем поделать? Бьемся, выпрашиваем, чтобы в пик сезона ставили больше туда рейсов. Хорошая мера, на которую мы наконец-то политического одобрения добились, и даже в новостях это вышло, что небо Казахстана будет открыто для всех перевозчиков, других международных перевозчиков. У нас раньше была пятая степень свободы с оговоркой, что можно летать международным перевозчикам на территории Казахстана за исключением тех направлений, куда летает нацперевозчик. Сейчас это ограничение убрали. И сразу же заходит на рынок один из самых крупных лоукостеров в мире - компания Air Asia. В марте будет инаугурационный рейс, он будет летать не только Алматы - Куала-Лумпур и Астана - Куала-Лумпур, он готов соединять любые города Казахстана с любыми большими городами Юго-Восточной Азии, арабских стран и т. д. Это круто, это значит, что стоимость путешествия снизится как для казахстанцев, так и для иностранных людей, которые летят в Казахстан. Мы очень далеко расположены от того мира, который интенсивно путешествует, поэтому стоимость перелета дорогая. И Turkish Airlines, и Air Astana дорого стоят; наличие лоукостеров, оно, конечно, снизит цены, даст возможность больше для людей среднего достатка путешествовать. Я думаю, и борты тогда высвободятся у наших перевозчиков, потому что многие направления перекроются другими авиаперевозчиками, тогда и появится внимание к внутренним перелетам и интерес.

В КАЗАХСТАНЕ ПОЯВИТСЯ НОВЫЙ ГОРНОЛЫЖНЫЙ КУРОРТ?

Вопрос от читателей: Шымбулак кому принадлежит?

- По факту, это частная структура, это коммерческая тайна. Потому что это частный бизнес. Там есть несколько учредителей. Шымбулак имеет задолженность перед Фондом проблемных кредитов, у Фонда проблемных кредитов есть свои инструменты и механизмы потребовать долг.

Шымбулак сколько приносит в виде налога?

- Я могу приблизительно сказать, что Шымбулак в год зарабатывает где-то валово 4 млрд тенге. Я беру цифры, которые знаю, многолетней давности, делаю прирост, потому что прирост клиентов на Шымбулаке достаточно серьезный. Не выдерживает Шымбулак, минимум 20-25% идет прирост. Этот прирост отражается на безопасности, это травмы на склоне, друг друга сбивают, давка…

Почему бы не построить такой же горнолыжный курорт, например, на востоке?

— Это моя мечта. Это большой проект, но даже маленький горнолыжный проект — это большие деньги.

А почему бы и нет? Сейчас с Китаем виза отменена, а из Китая большой поток туристов должен быть. Этот проект в разработке у Вас?

- У меня в разработке. Но у меня в приоритете был бы не восток, а в первую очередь алматинские горы, может, потому что я их хорошо знаю. Я не говорю про соседство с Шымбулаком, политическим решением и по воле народа мы вообще этот проект в счет не берем. Но есть другие алматинские горы, которые не хуже, а гораздо лучше, которые несут большой потенциал. Например, Каскелен, в сторону Тургеня. Но, абсолютно бесспорно, ВКО по количеству снега, по трассам совершенно однозначно тоже могла бы быть большим горнолыжным центром.

Любой горнолыжный курорт — это большие инвестиции, поэтому не каждый инвестор туда идет. И именно горнолыжная инфраструктура, канатные дороги, они очень затратные, во всем мире канатные дороги строит государство, а всю другую инфраструктуру - отели, магазинчики, квартирки строит частный бизнес.

Ждем того момента, когда примется решение, работаем над этим, чтобы появилась новая локация, государство построило канатные дороги, а частный бизнес построил вокруг этого деревни, где МСБ и местное население найдут себе занятия и не будут ездить в мегаполисы, чтобы таксовать или продавать на базаре.

KIDS GO FREE – ОСОБАЯ ГОРДОСТЬ

У нас много вице-министров, даже министров, которые приходят и уходят, их даже не запоминают. Но вы в туризме неслучайный человек, довольно давно в этой отрасли. Есть то, чем вы гордитесь, какие-то кейсы, которые удалось реализовать?

- Я никогда не говорю, что я что-то один сам сделал, там есть сложная слаженная работа многих людей. Мы как госорган, который своими руками ничего не строит и не финансирует никакие объекты, мы только имеем возможность создавать меры господдержки и законы.

Я участвовал вместе со своими коллегами в разработке мер господдержки. В частности, добились бесплатного перелета для детей. Как бы это новшество ни ругали, я горжусь. 2 тысячи детей полетали в прошлом году бесплатно. Особенно мне нравится одна история: заявка была на девять детей из одной семьи, они бесплатно полетали. А это именно те семьи, которые раньше не планировали, потому что это им было недоступно, билет на самолет дорого стоит. Дети собрались и путешествовали, мне прям очень приятно.

В этом году реализуем дополнительный пакет мер по нацпаркам. У нас нет инфраструктуры в нацпарках, электричества, воды, дорог. Акиматы не имеют юридического права строить, Минэкологии говорит - это не наша задача, и вот получается, что инфраструктуры нет. Бизнес не может туда зайти, и там бардак. Мы добились того механизма, чтобы не выводить землю из состава особо охраняемой, чтобы там что-то построить, но наделить акиматы полномочиями строить там инфраструктуру.

Еще одно планируемое новшество касается фермеров. У нас 200 тысяч владельцев земель сельхозназначения. Это те, кто сажает большие угодия, содержит маленькие фермерские хозяйства, сады, яблоневые и клубничные поля. По закону на земле сельхозназначения может ночевать только человек, который обслуживает эту землю сельхозназначения. Эти люди не могут принимать туристов, им нельзя. Сейчас мы добились того, чтобы, не меняя целевое назначение, фермер мог у себя построить гостевой дом. Не отель, а дом, где он может принимать туристов, показывать быт, казахский колорит.

Представьте, сколько рабочих мест это создаст. Это те люди, которые не поедут утром в Алматы, чтобы таксовать, или на Алтын Орду, чтобы продавать, или не переедут в Астану, чтобы пытаться найти свой заработок. Они будут в своем ауле развивать туризм. Туризм это не обязательно что-то люксовое, у нас страна богата ресурсами, историей, культурой, чтобы продавать эмоции разного вида. Красивых зданий в мире много, красивых территорий тоже много, но самобытной культуры, старых исторических объектов так как у нас, такого мало у кого есть.

Это надо развивать.

Мне было приятно, в 2019 году более 10 млн казахстанцев выехало отдохнуть за рубеж, а по итогам прошлого года 7,7 млн казахстанцев вылетели. Это количество снизилось, я понял, что часть казахстанцев решила отдыхать в своей стране. Где-то есть нехватка в сервисе, но, если это у нас проснулось, значит уже польза от нашей командной работы есть.

Спасибо за интервью!

Новости партнеров