×
416.91
446.47
7.34
#стрельба в Алматы #вакцинация в Казахстане #коронавирус #Афганистан #назначения
416.91
446.47
7.34

Утопия или национальная идея: как Бурахан и Курмет вернут казахов на родину

25.04.2022, 10:27

Новый смартфон, собственная квартира или диплом зарубежного вуза? Бурахан Даканов и Курмет Талапказы в своих мечтах замахнулись на совершенно другое – возвращают на родину соотечественников. Кто-то говорит, что они занимаются утопией, кто-то обвиняет в популизме, но парни с завидной одержимостью пытаются отстоять свою идею. Руководитель Ulysmedia.kz Самал Ибраева решила познакомиться с волонтерами и выяснить, почему они решили взвалить на себя программу государственного масштаба – и занялись возвращением казахов на историческую родину.

Курмет Талапказы организовал заготовку кормов во время прошлогодней засухи на западе страны, был удостоен медали «Халық алғысы» и стал народным героем.

Бурахан Даканов переехал из Алматинской области в СКО и занялся исследованием причин опустения казахстанского севера. Сегодня он помогает адаптироваться тем, кто решил, как и он сам, поменять место жительства.

Ситуация поддается анализу? Известно, что проблему с заселением севера решало и правительство, но программы, мягко говоря, забуксовали.

Бурахан: Причин много, но главные – это отсутствие работы и неразвитая инфраструктура. Конечно, поддержка государства нужна, но не будем скрывать, что она порождает недовольство местных жителей. Поэтому нужно думать в целом о регионе и о том, как его развивать.

Курмет: Начинать нужно хотя бы с малого. Например, давно назрела необходимость создания единого информационного центра, куда мог бы обратиться любой, кто решил переселиться. Этот центр мог бы оказывать услуги информационного характера по принципу «одного окна». Сейчас информация разрознена, людям приходится искать ее на сайтах министерства, центров занятости.

Бурахан: Я сам прошёл госпрограмму «Енбек» и прекрасно знаю, что это такое. Но эта программа уже не работает – пришло время запускать новую. Пусть у неё будет другое название, задачи остаются прежними – помочь с жильём, работой и адаптацией. К слову, мы не одиноки – в каждом районе СКО есть активисты, которые не жалеют времени, чтобы решить эту проблему. Могу назвать имена волонтёров, которых знают всё переселенцы – Маменов, Серик Утебай, Нуржамал и Арайлым. Нас так много, что мы уже всерьёз думаем о создании партии. Уже есть и название – «Тауекел».

Вы не задумывались, что государственная проблема, в решение которой вы стараетесь внести свой вклад, станет предметом чьих-то политических интересов или политической игры?

Курмет: Земляки нас поддерживают, потому что все понимают, что мы взялись за очень важную для страны работу. И, с одной стороны, не важно, есть у нас партия или нет. Но с другой – если мы действуем в интересах всего народа – почему не объединиться и не делать всё сообща?

Бурахан: Процесс уже начался, и остановить его уже невозможно. Я уже встречался с простыми гражданами и депутатамии. Все поддерживают нашу идею и планы по её реализации.

То есть вы уже в политике. А как же обычная жизнь – в конце концов надо же как-то на неё зарабатывать.

Курмет: Университет, где я учусь, разрешил мне заниматься общественной работой. Честно говоря, я, когда начинаю думать о проблемах, с которыми сталкивается страна, даже спать не могу. Конечно, поддержка не помешает, но то, что не хватает денег на новый телефон – это, по большому счёту, такая мелочь. Сейчас главное – помочь тем, кто уже рискнул и переехал на родину.

Бурахан: Мы не голодаем, есть друзья, которые время от времени нам помогают. Сейчас мы разрабатываем проект «Тауекел», который предполагает открытие трех колл-центров, в нём будут работать три менеджера. У нас будет машина. Это не роскошь – те, кто переезжает, должны увидеть весь регион. Сейчас чтобы проехать и посмотреть, нужно потратить не менее 45 тысяч тенге. Нас поддерживают спонсоры, но эта помощь может быть разовая, а мы надеемся на финансовую поддержку правительства. Но мы никого не принуждаем подставлять нам плечо, в любом случае, даже если средств не дадут, мы будем продолжать своё дело.

Курмет: А я мечтаю построить гостиницу для кандасов, открыть производства, построить общежитие, чтобы обеспечивать временным жильем молодые семьи.

Бурахан: Согласитесь, это очень разумное предложение. Например, сейчас в районе Шал Акына живут 12 семей из Ирана. Честно говоря, они не могли обустроиться на 100%. Они не знают ни слова по-русски. Также сложно адаптироваться тем, кто приезжает из Пакистана и Афганистана.

Курмет: Наши соотечественники из Ирана и Узбекистана иногда подвергаются дискриминации со стороны местных жителей. Их иногда обвиняют в том, что их предки покинули Казахстан в поисках лучшей доли. А я думаю, что они должны чувствовать себя так, как дома. Нам не стоит критиковать те поколения – они прошли через исторические испытания и множество трудностей.

Ваша организация «Тауекел» должна сыграть роль национального оператора по проблемам кандасов?

Курмет: 30-летний опыт переселения говорит в поддержку нашей идеи.

Бурахан: Кто бы мог подумать ещё 25 лет назад, что Акмола станет таким прекрасным городом. Но купить в столице жильё – нереально. У нас же много заброшенных деревень, земля, которая ждёт своего хозяина. Просто надо объяснять людям, что стоимость земли не упадёт даже через 100 лет. Почему бы фермерам из Кызылординской и Мангистауской областей не перебраться к нам на север? Например, недалеко от села Балуан есть озеро. Центр Шалакынского района находится недалеко от Сергеевки. Но сейчас там осталось всего пять семей.

Власть вас как поддерживает?

Курмет: В руководстве страны есть светлые головы. Они понимают, если ничего не менять, через 30-40 лет мы окажемся в трудной ситуации. Нужно двигаться на восток и север, а не прятаться в больших городах.

Бурахан: Тонна мяса стоит в среднем 1,8 млн тенге. Если хорошо ухаживать за животными, их численность будет расти. В северном Казахстане есть возможность пасти скот. Человек, приехавший на север, служит не только своему народу, но и самому себе, разводит скот и улучшает свое положение.

Курмет: Сейчас в стране используется 4 млн га. Если мы поднимем север животноводством или сельским хозяйством, мы сможем обеспечить своей продукцией всю страну. Если мы будем прятаться в городах и довольствоваться скудным доходом, ничего не получится.

Бурахан: В этом году в Казахстане учатся около 3 миллионов студентов. Из них более 504 тысяч в Туркестанской области. А в северном Казахстане всего 75 тысяч студентов. О чём это говорит?

Мне в FB писали о 40 казахских семьях, которые оказались в Карачи в результате событий в Афганистане. Я разговаривал с парнем по имени Хамит, который хотел вернуться в Казахстан, но у него запросили ДНК. Хамит говорит со мной по-казахски. Мы общаемся в WhatsApp. Почему его не хотят принять на родине?

Вы чувствуете, что Казахстан обновляется и государство вас начинает слышать?

Курмет: Как бы то ни было, Казахстан уже не тот, что раньше. И новые возможности у нас появляются. Вот мы приехали к вам и рассказали о том, чем занимаемся. И не знаем, услышит ли нас государство в лице чиновников, но уверены, что казахстанцы точно услышат и поддержат, потому что о будущем страны думаем не только мы с Бураханом!

Новости парнеров