×
476.2
484.72
7.86
#стрельба в Алматы #вакцинация в Казахстане #коронавирус #Афганистан #назначения
476.2
484.72
7.86

Ракета, Челах или кто-то ещё: у матерей погибших на "Арканкергене" своя версия расстрела

Коллаж Ulysmedia

Одну из самых загадочных трагедий – расстрел на «Арканкергене» уже 10 лет журналисты не выпускают из поля зрения. Она всё время обрастает новыми подробностями, но правоохранительные структуры непоколебимы и до сих пор настаивают, что виновен Владислав Челах. 19-летний парень убил 15 человек ― егеря и 14 своих сослуживцев. За решёткой он проведёт всю жизнь. В этом деле по-прежнему много белых пятен. Например, Челах так и не дал ни одного интервью и, якобы, он сам отказывается общаться с прессой, но почему-то уже дважды обращался в ООН и даже отправлял письмо президенту Казахстана с просьбой пересмотреть дело.

Арканкергенская загадка

У наблюдателей версий массового убийства на погранзаставе много, но какая из них ближе всего к правде? Корреспондент Ulysmedia.kz выяснила, что матери погибших пограничников тоже теряются в догадках, но, как и 10 лет назад, не верят в то, что Владислав Челах лишил жизни их сыновей. По их словам, в массовом убийстве виноваты совершенно другие люди.

В мае 2012 года Казахстан потрясла новость: 19-летний парень убил 15 человек. Причиной, по версии следствия, стали неуставные отношения: якобы Челах плохо ладил со своими сослуживцами. Однако это мало похоже на правду, убеждена мама одного из погибших на заставе Татьяна Рэй. Она говорит, что ребята не были знакомы даже и 10 дней. Более того, Челах даже и “ружья в руках не держал”, о каком массовом убийстве может идти речь?

Тем не менее семьи егеря и четверых погибших не отказались от иска и по решению суда Челах должен был выплатить им по пять миллионов тенге. Остальные пострадавшие семьи от претензий отказались.

Татьяна Рэй говорит, что сама она никогда не верила, что Влад мог это сделать.

     – Некоторые из родителей поверили, когда им стали “крутить” видео, где Влад рассказывает сокамернику, как он убивал. И многие поверили. Но нет, он не делал. Ружья не держал в руке и тут вдруг. Да и повода не было. Они даже знакомы не были, даже 10 дней вместе не были. Не верю, ― повторяет женщина.

Но тем не менее отмечает, что у многих, спустя время, мнение поменялось. Такой же версии придерживается и Карлыгаш Мукаш, чей сын тоже погиб в «Арканкергене».

Почему не дали справку

Женщины говорят, что “признание” Челаха на видео записано под давлением.

     – Это даже к бабке ходить не надо. Как и всё - под давлением, чтобы он взял вину на себя. Но почему молчит, не говорит ничего, что там произошло. Я и Свете (мать Челаха – ред.) говорила, почему он даже вам не может сказать, что там произошло. Она говорит, что нет возможности сказать, - не перестаёт удивляться Татьяна Рэй.

По её словам, когда всё только случилось, пострадавших буквально “облизывали перед судом”. Обещали курортно-санитарное лечение, а некоторым родителям даже дали квартиры.

Но самой Татьяне в лечении отказали, причина – “нет основания”.

     – Мне было отказано, потому что у меня нет справки, что мой сын погиб на “Арканкергене”. Я говорю у меня есть свидетельство о смерти, где написано, что он погиб при прохождении военной службы. Сказали нет, это не то, ― негодует мать Дениса Рэя.

Карлыгаш рассказывает, что ей тоже пообещали квартиру, но акимат выдал справку без печати, которая хоть как-то бы утверждала подлинность документа, а потом сообщили, что квартиры не будет, так как жилплощадь у неё уже есть.

Почему молчит мать Челаха

Корреспондент Ulysmedia.kz связалась со Светланой Ващенко – мамой Челаха, чтобы выяснить, действительно ли семья просила пересмотреть дело.

     – Естественно просили, но ответили так же, как и в предыдущие разы, что они “не имеют права - у них 10 лет, что мы не имеем права ничего подавать, а должен адвокат”, - сообщила она.

Но напомнила, что адвоката нет в живых давно, и власти предложили, чтобы прошение написал сам Челах.

- Он сам написал, ему тоже самое отвечают, что у него тоже никаких прав нет, ― объясняет своё бездействие Светлана.

- Почему не подключили другого адвоката?

- Ну я не знаю, что они там имеют в виду, без понятия.

Светлана сейчас живёт в России и с сыном общается только по телефону. На свидания в колонию ездят родственники. Сама она возможно, когда-нибудь и приедет в Казахстан, но, говорит, что точно не знает.

     – Власти всё равно делают, что хотят.

Особого интереса общаться с журналистом у Светланы не было, поэтому разговор длился всего пять минут.

Нужна правда

И почему-то не она, а мама Дениса Рэя сказала, что в виновность Челаха никто не верит.

     – Если ты переживаешь за своего сына, надо надеяться, может люди хотят что-то тебе помочь. Мне тоже сын мой старший говорит: тебе как будто больше всех надо. Все же молчат, а ты вечно рот открываешь. Я говорю да, потому что это касается моего сына. Я хочу знать правду, пусть горькую, выяснить, что там произошло.

Она пообещала, что тех, кто лишил жизни её сына будет проклинать до конца жизни.

     – Я всегда так говорю и пишу везде так. Мне кажется это нормально, каждая бы мать так сказала. А Света меня давно поражает, почему не сказать, вот что там произошло. Вот он всё равно сидит пожизненно. А она наоборот не хочет помогать. Всегда выкручивалась – то полицейские рядом, то - прослушки какие-то. Да я бы по глазам ребенка поняла - кто и что, ― говорит Рэй.

За 10 лет ЧП на «Арканкергене» обрастало самыми разными версиями – наркотрафик, китайская ракета… Как говорит Татьяна Рэй, всё это выдумки.

     – Моя версия – отдыхали высокие родственники на трех джипах. Отмечали день пограничника. Перепитые баи, которым всё дозволено. Первым убили егеря, я так думаю, что он сказал им что-то. Они же и начали стрелять, и вот ребята просто оказались там в ненужный час. Не верю я ни в какие ракеты, не верю в то, что ребята в горах нашли где-то водку, отмечали день пограничника, в неуставные отношения я тоже не верю. Ну то есть, то что пишут, я всё отметаю. В наркотрафик я тоже не верю, он там всегда проходил и никогда никого не убивали, - поделилась мыслями Татьяна.

     – Какая ракета? Как она могла спалить только казарму, не затронув ничегошеньки? И рядышком виповский домик стоял не задетый. Это что за ракета такая? Мы же были на “Арканкергене”, там даже на деревьях кора не обгорела, только сгорела казарма, - вспоминает Рэй.

Там был самый настоящий бой и убитые были с обеих сторон.

     – Неоднократно Сарсенов (адвокат – ред.) утверждал, что там было убито не 14, а 17 или 18 человек. Поэтому тщательно всё убрали, а улики сожгли, ― говорит Татьяна.

Не верит она и в то, что без чьей-то помощи скончался адвокат Сарсенов.

     – У него был сахарный диабет, но он лечился и следил за своим здоровьем. Он не скрывал свою болезнь, - рассказывает женщина.

Она не скрывает, что не может понять, почему до сих пор так тщательно скрываются причины расстрела на «Арканкергене» - ведь сейчас неприкосновенных уже вроде бы нет.

Рэй убеждена, что пора спросить о том, что произошло на самом деле и у Алексея Фомина - начальника заставы “Сары-Боктер”.

     – Сары-Боктер” - это как раз, где “Арканкерген”. Это огромнейшие горы, мы туда на вертолете летали. Просто туда никто не заедет и не зайдет. Кто-то же пропустил эти три джипа, которые проехали через пограничный пост, - задаётся вопросами Татьяна.

И сама на них отвечает. Там Фомин был, он пропускал эти джипы. “Сары-Боктер” - это горы, там такое прекрасное место, бежит речка, деревья красивые.

     – Там даже хлеб мой Дениска пёк в печке. Вот они и приехали поохотиться. А Фомина закрыли, но через полгода отпустили. И ничего про него нигде не слышно, не видно. Я всегда пишу, что эта крыса всегда скрывается. А он знал. Двое суток не выходил на связь - сидел, молчал, ― негодует Татьяна.

Она добавила, что её сыну Денису и ещё одному погибшему - Именову могли сделать ДНК по зубам. Но на месте трагедии почему-то не осталось даже черепов.

Татьяна Рэй уже десять лет собирает пазлы в картину арканкергенской трагедии, но она почему-то каждый раз рассыпается. Мать погибшего пограничника часто вспоминает суд, на котором Владислав вёл себя как-то неадекватно – кричал и обещал что-то рассказать, но ему не дали - увели. Она пытается заставить себя поверить, что это не страшный сон. Но вопросов только становится больше - как Челах после операции по удалению аппендикса смог такое сотворить, почему прокуратура не проверила очевидные промахи экспертов и, главное, кому нужно было сделать Владислава главным обвиняемым и изолировать его от общества и журналистов?

Новости парнеров

Сейчас читают