×
416.91
446.47
7.34
#стрельба в Алматы #вакцинация в Казахстане #коронавирус #Афганистан #назначения
416.91
446.47
7.34

Кому-то кризис, а кому-то достижения: избавилась ли казахстанская экономика от олигополии

04.04.2022, 20:31

YouTube-канал редакции Ulysmedia.kz получил заманчивое предложение: на интервью согласился человек государственный, а значит и ответственный - министр национальной экономики Алибек Куантыров.

Собственно, о том, что страна переживает экономический кризис, сейчас говорят все. Любой таксист или продавец, всё равно, что доктор экономических наук – анализирует, прогнозы строит, о судьбе доллара рассуждает и богатеев из списка Forbes по именам называет. Да и глава государства уже не единожды заявлял, что «Казахстан столкнулся с беспрецедентными в нашей истории финансово-экономическими трудностями, связанными с резким обострением геополитической ситуации».

В интервью Алибек Куантыров не избегал, казалось бы, самых острых вопросов и говорить готов был обо всём – возможности выхода Казахстана из ЕАЭС, строительстве атомной станции, ценах на продукты питания, оффшорах, квазигосударственных компаниях, повышении благосостояния народа и ещё о многом другом.

Сейчас всё чаще звучат слова, о том, что с членством в ЕАЭС у нас не всё ладно. Казахстан проиграл в этом Союзе. Вы, как человек государственный, конечно, не поддерживаете эту точку зрения?

– Что касается выхода из ЕАЭС, наверное, любая страна сможет такое решение принять, просто мы так долго к этому шли, и, помните, Казахстан больше всех усилий вкладывал в создание этого Союза, мы всегда находили компромиссы. У России свои интересы в ЕАЭС, у нас – свои, у Армении и Беларуси также свои интересы. Я думаю, нам просто нужно максимально выжать пользу для экономики, и, если что не получается, нужно договариваться, потому что как раз этот союз и создавался для того, чтобы исключать барьеры. Если у нас будет диалог, то любые вопросы можно будет решить.

То есть, если мы решим выйти из ЕАЭС, нам никто помешать не сможет?

– Юридическая основа для этого есть, но есть много и других аспектов, которые также следует учитывать. Мы – открытое государство с открытой экономикой, и у нас не остается другого выбора, как взаимодействовать с ближними соседями и дальним зарубежьем. Главное для нас сейчас – это экономический прагматизм. У нас тесные связи с Россией – порядка 40% импорта приходит оттуда. По импорту Россия у нас на первом месте, по экспорту – Европа. Также мы торгуем с США, Китаем, ЦА – со всеми, с кем только можем. На мой взгляд – это и есть признаки правильной политики экономического прагматизма и экономической дипломатии.

Помните формулу Назарбаева: сначала экономика, а политика потом? Оправдал ли себя этот тезис?

– Мы делали фокус на экономических реформах, но всё-таки смогли выбиться в перечень стран, которые даже рейтингу Всемирного банка выглядят относительно неплохо. Если сравнивать ситуацию, которая была после распада Советского Союза, и сейчас, то можно смело делать вывод, что действия Нурсултана Назарбаева были правильными. Любой гражданин, которому больше 30 лет, помнит тотальный дефицит 90-х, люди постарше понимают, как непросто было заново выстраивать оборванные экономические связи. Во времена "жирных" 2000-х экономика росла на 9%, однажды ВВП поднялся на 13%, в 2005-2006 годах был профицит госбюджета. В 2000 году был создан национальный фонд, за два десятка лет он многократно доказывал свою эффективность как подушка безопасности и как средство для сохранения средств для будущих поколений.

Вас послушать – у нас одни плюсы и достижения.

– Действительно, мы же смогли выбраться из той ямы, в которой оказались в 90-х. Экономика в реальном выражении у нас выросла в 2,4 раза, ВВП на душу населения в 14 раз, сейчас он составляет порядка 10 тысяч долларов, хотя на на заре независимости был 700 долларов на человека. То есть жизнь доказала, когда экономику поставили на первое место – мы начали двигаться вперёд. Сейчас мы столкнулись с тем, что ситуация изменилась и необходимо влиять на неё именно с позиций политики.

По поводу Нацфонда. Вам не кажется, что активность по расходованию денег не только не оправдана, но и чрезмерна?

– Не спорю – Нацфонд не резиновый, но дело в том, что сейчас у нас весьма благоприятные цены на нефть и в этом году будут дополнительные поступления, часть из них мы сможем использовать во благо нашей экономики и наших граждан. Нацфонд создавался как фонд будущих поколений, у него несколько функций на самом деле, одна из них это сберегательная, часть средств мы сберегли и весьма эффективно. Другая функция – стабилизационная, чтобы вывести дополнительные нефтедоллары из экономики, иначе было бы сильное давление на инфляцию. Часто звучат заявления, что деньги нужно раздать. Не сомневайтесь, деньги быстро закончатся. А мы начнём занимать и наращивать государственный долг. А не лучше использовать то, что у нас есть? Хочу заметить, средства нацфонда инвестируются, реинвестируются, проводится определённая инвестиционная политика, которая также приносит доходы. Поэтому я думаю, что использовать часть средств нацфонда для антикризисных мер – это правильная политика.

Президент Токаев ситуацию, в которой мы оказались после январских событий, назвал кризисом, потом началась война в Украине. Мы не принимаем участия в военных действиях, но, тем не менее, абсолютно всё дорожает – сахар, мука, недвижимость, стройматериалы. Какой-то выход есть из этого кошмара?

– Сейчас то самое время, когда нам нужно активно перестраиваться, не только правительству, но и бизнесу. К сожалению, ситуация оказала сильное давление на экономику, на курс тенге, но, согласитесь, всё-таки ажиотаж, который случился сразу же после начала войны в Украине, он немного спал. Мы это увидели и на курсе тенге, который сперва взлетел, потом сильно упал, был дефицит продуктов питания. Кстати, давление на цены продукты питания началось в 2020 году из-за пандемии, и это никак не остановится и не только у нас. Поэтому Казахстану нужно сконцентрироваться на продовольственной безопасности, собственно, правительство этим и занимается. Министерство сельского хозяйства разработало комплекс мер, есть комплекс мер по сдерживанию инфляции, который реализуются совместно с Нацбанком, активно проводится политика индустриализации, импортозамещения… В целом, я думаю, что ситуация через некоторое время стабилизируется, поэтому паниковать не стоит. Есть такое понятие – поведенческая экономика, когда часть населения может отреагировать негативно на какие-то тренды, создать ажиотаж, который дальше тянет цены наверх. Мы это увидели на примере сахара, есть у меня знакомые, которые закупали мешками. Спрашивается зачем? Потому что люди боялись, что к летнему сезону сахара не останется. Не стоит искусственно ломать рынок, всё постепенно нормализуется.

Алибек Куантыров, министр национальной экономики

Но, что касается сахара, его хоть и искусственный дефицит, показал многое. Свёклу не выращиваем в достаточном количестве, субсидии пропадают.

– У нас есть сахарные заводы, но понятно, что эти заводы не удовлетворяют внутренний спрос, поэтому у Минсельхоза есть план в рамках продовольственной безопасности – построить дополнительные заводы по производству сахара. Сейчас часть сахара мы импортируем из РФ, есть договоренности с партнерами по поставке продукта на наш рынок. Можно говорить, что ситуация уже урегулировалась, на прошлой неделе я был в супермаркете и видел сахар по 320 тенге – так он и должен стоить. На прошлой неделе цена была в районе 450. Это на совести продавцов, которые пытаются заработать на ажиотаже и своём же народе. Это очень нехорошая практика, бизнесу, когда нет на это предпосылок, не стоит наживаться на своем народе. Не хочется бизнес «кошмарить», я понимаю, если бы было основание, если бы они закупали сахар по завышенной цене у поставщиков, но нет же! У нас нацпалата «Атамекен» создавалась для того, чтобы развивать малый и средний бизнес. Они занимаются этим вопросом.

А вы тоже ходите в магазины?

– Я тоже хожу, покупаю продукты, да и любой министр посещает парикмахерскую, получает различные услуги, ходит в кинотеатры. Кстати, сейчас цена на билеты немного снизилась. Если честно, времени на кинотеатры не остается, но что касается продуктов – тут деваться некуда, поэтому слежу за ценами.

Предлагаю перейти к большим деньгам. Вы слышали о претензиях к квазигосударственному сектору?

– В 2007 году был успешно проведен IPO Казтрансойла, те люди, которые вложились, теперь держат эти активы, та же ситуация сложилась с IPO Казатомпрома, который листинговался не только у нас, но и в Лондоне. Если и политика приватизации будет также активно проводиться, тогда повысится эффективность фонда «Самрук-Казына». Насчет «Байтерека», там тоже проводится работа, по БРК – здесь также переформатируется работа банка, туда пришел новый руководитель, «Байтерек» возглавил новый руководитель, у которого есть новое видение. Министерство нацэкономики совместно с «Байтереком» подготовило предложения, которые поддержал премьер-министр. В целом, данный банк мы будем ориентировать на рыночные принципы и ожидаем повышения отдачи от квазигосударственного сектора, от холдингов.

Еще одна злободневная тема – деньги, выведенные из Казахстана в офшоры, разрабатываете какие-либо рекомендации по возврату этих активов?

– Есть комиссия по возврату средств, выведенных в офшоры, её рабочий орган – Минфин, есть ещё 3-4 рабочие группы – в Нацбанке, в Минэкономики, правоохранительных структурах, генпрокуратуре. Итоги этой работы будут обнародованы. Я думаю, что капиталы мы вернём, но в целом нужен комплекс мер, чтобы повысить экономическую привлекательность страны, чтобы не только вернуть средства, но и дать возможность инвестировать их в нашу экономику.

Вам не показалась нелепой ситуация, когда выяснилось, что 24% акций нацкомпании «Казахтелеком» зарегистрированы на офшорную компанию, с этим что будем делать?

– Сейчас под управлением премьера работает комиссия по демонополизации. Так как «Казахтелеком» – стратегический объект, отвечающий за связь, в том числе и за спутниковую, от него многое зависит. Поэтому, на мой взгляд, здесь придётся ситуацию менять, не могут активы находиться в оффшорах. Это моя личная точка зрения.

Какие планируете меры поддержки для развития МСБ и конкуренции?

– У нас по МСБ работает дорожная карта бизнеса 2025, обновлять её, наверное, надо, тем более, что есть очередь желающих в ней участвовать. Конечная ставка для заёмщиков составляет 6%, для малых городов и сельских населенных пунктов – 5%. Было принято решение поддержать программу и увеличить финансирование в 3 раза.

Вы как министр национальной экономики чувствуете, что экономика в руках наших олигархов?

– Такое чувство было до известных событий, но сейчас ситуация в целом поменялась. Также мы видим, что поменяли свои подходы и люди из списка Форбс. Многие из них вкладывают деньги здесь, занимаются меценатством. Каждому казахстанцу нужно вносить свой вклад в страну и каждый должен начинать с себя. Нужно быть профессионалом, кем бы ты ни работал – делай свою работу правильно. Сразу всё не поменяется, но надо понимать, что не все зависит от президента, мы все должны меняться. Не стоит забывать, что мы все люди временные, как на Земле, так и на должности. Если, например, мне скажут, уходи, наверное, надо будет уйти и найти себе применение в другой сфере. К слову, госслужащие – это альтруисты по своей сути, там идёт очень большой поток работы. Мы нарушаем Трудовой кодекс, по-другому работать не получается. Хотя многие образованные профессионалы и могут найти себе место и в конкурентном секторе и получать зарплату в разы больше, но продолжают работать, потому что хотят принести пользу государству.

Народу тоже непросто, зарплата не растет, пособия не растут, только цены растут – всё очень нестабильно. Кстати, что с долларом, чего нам ждать – повышения или понижения?

– Прогнозирование – неблагодарное дело, говорить какую-то точную цифру будет неправильно, но это наиболее адекватное соотношение тенге к доллару, и мы видим реальную ситуацию, когда было сильное давление из-за ажиотажа на нашу нацвалюту, он превысил порог в 500 тенге, затем откатился назад, сейчас, наверное, это тот самый уровень, который формируется рынком. Есть интервенции Нацбанка, который имеет право проводить их в случае сильного давления, когда есть факторы нестабильности. Если курс будет адекватным, то устоит и бюджет, и общество.

Вы курируете развитие новых регионов? Как будут развиваться события? Как вы видите развитие регионов?

– Это был очень хороший посыл для жителей данных регионов, думаю люди вдохновились, не только экономический фактор сыграет роль, но и психологический и патриотический.

Сколько денег потребуется из бюджета выделять на это развитие?

– Пока еще не выделялись, комиссия принимает решение. Пока идёт подсчёт, потом будет проводиться работа по распределению средств. Акимов назначат тогда, когда сформируют новые области, когда президент одобрит это и примет решение по акимам.

Что вы думаете о строительстве атомной электростанции? Она нам действительно нужна?

– Я считаю, что атомная электростанция нужна, по разным причинам – во-первых, у нас экономика растёт и будет повышаться энергопотребление, во-вторых, атомная энергия считается одной из наиболее безопасных и чистых. И в-третьих, мы – лидеры по запасам урана, и нам нужно эти ресурсы использовать. Кстати, если мы будем делать это грамотно, наша конкурентоспособность увеличится в разы.

Что должно сделать правительство, чтобы наконец-то повысить благосостояние народа, согласитесь, пока это только слова.

– У нас хорошие планы, Казахстан – одна из стран, которая имеет долгосрочный план развития, в 97-м принималась стратегия Казахстан 2030, сейчас горизонт планирования расширяется до 2060 года.

Мы имеем хорошие индикаторы до 2025, до 2050 года. По разным направлениям правительство должно принимать меры, эти индикаторы как цифры смотрятся весьма сухо, но они влияют на планы, которые будут реализовываться госорганами. Чиновникам нужно быть честными, эффективными, не ввязываться в коррупцию, не воровать, быть патриотами. Гражданам тоже нужно быть патриотами, не поддаваться панике, поддерживать государство со своей стороны – каждый должен свой вклад вносить.

А пока вы планируете Казахстан 2060, граждане берут кредиты.

– Это вопрос не правительства, а агентства по регулированию финансового рынка и Нацбанка. Но здесь тоже работа идёт – уже приведён в порядок процесс начисления ставок, по микрокредитам, которые доходили до 700% в год, сейчас не превышают 56%. То, что люди берут кредиты – это мировая практика, а платежеспособность – это отдельный вопрос. С учётом того, что у нас базовая процентная ставка сейчас повысилась, повышается и процентная ставка банков второго уровня, с другой стороны – многое зависит от развития экономики, когда всё стабилизируется и, возможно, Нацбанк понизит процентную ставку, процентные ставки упадут и у банков второго уровня по депозитам, потому что всё должно быть в балансе.

Новости парнеров