×
433.74
489.52
5.78
#стрельба в Алматы #вакцинация в Казахстане #коронавирус #Афганистан #назначения
433.74
489.52
5.78

COVID-19 два года. Вопросов все еще больше, чем ответов

19.11.2021, 11:52

Первый случай коронавируса был выявлен ровно два года назад. С момента первого летального случая в мире зарегистрированы свыше 255 млн заражений и более 1,5 млн смертей, передает Ulysmedia.kz.

НУЛЕВОЙ ПАЦИЕНТ

В марте 2020 года китайское издание South China Morning Post опубликовало статью с версией о "нулевом пациенте". По всей вероятности, первый официально зафиксированный случай был 17 ноября 2019 года в городе Ухане китайской провинции Хубэй. Им стал 55-летний мужчина. В следующие несколько недель число пациентов со схожими симптомами резко увеличилось. К 15 декабря их было 27, через пять дней уже 60 человек. О том, что китайские медики столкнулись с ранее неизвестным человечеству вирусом, мировые СМИ заговорили к концу декабря. 27 декабря 2019 года врач из больницы провинции Хубэй Чжан Цзисиань впервые сообщил китайским властям о том, что заболевание вызвано новым, ранее неизвестным вирусом. К новому году коронавирусом были заражены уже 266 человека. Во Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) утверждают, что первый зафиксированный в этой организации случай был 8 декабря 2019 года.

Прошло два года. Число заболеваний в мире то идет на спад, то вновь ставит новые рекорды по числу смертей. В последние несколько недель вновь фиксируется резкий скачок заболеваемости в Европе, России и Казахстане. Однако наши специалисты уверены, что это не совсем ковид. Да, в некоторых случаях речь идет о тех, кто впервые подхватил вирус, но в большинстве, как предполагают казахстанские медики, это скорее всего синдром постковида.

Сауле Сауранбаева – врач-терапевт, исполняющая обязанности заместителя главного врача Городской клинической больницы № 4 города Алматы – принимала первых пациентов с SARS-COV-2 в Казахстане и два года работает на передовой. Она считает, что осенняя вспышка коронавируса – это скорее последствия перенесенного ранее заболевания:

«Что мне как врачу-организатору непонятно: мы очень медленно выводим наш опыт и наши доработки на научный уровень. Мы медленно собираем и исследуем наш опыт. Вот, например, у нас, во многих западных странах в том числе и в России стали фиксировать новые случаи повторного заболевания. Человек, которого мы пролечили год назад, полгода назад опять к нам попадает, и ситуация, казалось бы, такая же, как ковидная. Его мобильная группа к нам привозит или в любой другой инфекционный госпиталь. Но мы ведь его лечили. Тогда поражение было 75%, а сейчас 15%. Картина, вроде, складывается ковидная, но ПЦР отрицательный. И вот это  так называемый постковидный синдром. Это не совсем ковид. Да, какие-то минимальные изменения в картине КТ легких. Это остаточные явления. И если бы мы не проводили такую дотошную диагностику, мы бы фиксировали увеличение заболеваемости ковидом. И думали бы, что это новая волна идет. ЭТО НЕ КОВИД, ЭТО ПОСТКОВИДНЫЙ СИНДРОМ. ВОЗ пока не дал информацию по этому поводу, а вот медицинские аналитики в России выделяют этот синдром, как новый вид заболевания».

В Алматы сегодня работают 7 ковидных стационаров. Почти все многопрофильные больницы вернулись к привычному режиму работы. Несмотря на рост заболеваемости, диагностика и лечение ковида постепенно переходит в разряд привычных заболеваний. Несмотря на то, что вопросов по-прежнему больше, чем ответов. Например, тема о происхождении вируса до сих пор не раскрыта. Некоторые ученые склоняются ко мнению о том, что COVID-19 – вирус зоонозного происхождения. То есть передался человеку от летучих мышей. Известно, что первые заболевшие посещали оптовый рынок «Хуанань» или работали там. На рынке продавали змей, летучих мышей, птиц и морепродукты. Но официального подтверждения о том, что источником распространения стал именно этот рынок нет. Еще одна версия, представленная в докладе разведсообщества США, связана с биолабораторией в Ухане. Косвенно агентство намекает на вирус, разработанный в стенах лаборатории и «случайно» вышедший за ее пределы. Однако более конкретную информацию агентство не сообщило.

В Казахстане за эти два года заболели коронавирусом 960 609 человек, летальных случаев – 12 474. Лидирует в списке городов с самыми высокими показателями Алматы, Нур-Султан и Карагандинская область. Официально первый случай заболевания также был зафиксирован в Алматы:

«Мы столкнулись с коронавирусом сразу, как только он появился в Казахстане. Мы одними из первых начали работать с марта 2020 года. Никто ничего не знал, никто понятия никакого не имел. Но входили в ситуацию грамотно, нельзя сказать, что бесшабашно. Постепенно. С 16 марта мы были провизорным стационаром. Первый рейс с пассажирами, возможно, больными ковидм был размещен в нашей больнице. Тогда это была Больница скорой медицинской помощи. Среди пациентов были и дети, и взрослые. Мы к этому быстро привыкли. Проблема была в вопросах обследования. При выявлении ПЦР-положительного пациента сразу отправляли в инфекционку. Было сложно перебороть менталитет медицинского работника из медика в гостиничного работника. Было непонимание и со стороны наших сотрудников,  и со стороны пациентов. Ведь большинство из них не болели, а на карантине им сидеть приходилось.

Немного запаздывали вопросы обязательных и дополнительных обследований. Но если шли жалобы, то мы их обследовали»,  рассказывает Сауле Сауранбаева.

Первые трудности, с которыми столкнулись казахстанские медики – быстрое распространение вируса. Необходимо было зонировать пространство и не допустить перемещение пациентов и медицинского персонала из одного помещения в другое. Именно поэтому медикам первые месяцы приходилось жить в больнице и в специальных общежитиях при них. Были срывы, многие не выдерживали нагрузку и психологическое давление. Не видеть месяцами родителей, детей, мужей и жен – сомнительное развлечение. Нервную нагрузку добавляли противоэпидемиологические костюмы и маски, в которых трудно дышать и видеть. И снимать их можно один раз в сутки. Но Сауле Сауранбаева сейчас об этом даже не вспоминает. Врач думает о том, как исследовать накопленный за два года опыт и передать его на научные исследования:

«Были вопросы зонирования. Но в июле наша больница стала полностью ковидным стационаром. Были проблемы по протоколам лечения, по протоколам диагностики. Но вопросы постепенно отлаживались. Мы где-то опережали эти протоколы. Мы видели пациентов наяву, живьем, что говорится. И на основании жалоб и течения заболевания и на основании нашего опыта Минздрав вносил коррективы в протоколы лечения. Мне было очень приятно, когда в момент тяжелейшего ковидного периода к нам приехали несколько бригад из России в помощь. Ребята нам помогли по зонированию. Но по диагностике и лечению мы были впереди. Сейчас мы идем нога в ногу, но вот тогда мы были впереди. Они были благодарны за наш опыт».

КОВИД – НЕ КОВИД

За два года вирус мутировал несколько раз. Появились новые штаммы. Некоторые утверждают, что переболели повторно. Однако эти заявления вряд ли подтвердят клинические медики. Сауле Сауранбаева с большой долей уверенности говорит о том, что повторно у человека может протекать постковидный синдром, а вот новые случаи первичного заражения SARS-COV-2 вероятны, но уже не тем видом, бушевавшим прошлом и позапрошлом году:

«Тот ковид, который был в прошлом году и тот ковид, который сейчас, – это два различных вида. Это заметно  даже на КТ легких. Одинаковые компоненты – только матовое стекло. Но при этом мы замечаем и мировая практика это подтверждает, что сам ковид течет значительно быстрее и агрессивнее. Если раньше это были чисто легкие, то сейчас идет полиорганное поражение, но не у всех. Не зря группы риска выделяют. У некоторых миокардиты, изменение в почках. Сейчас  это мультисистемные поражение. В общем, где тонко, там и рвется. Да, ситуация ковидом закручивается. Сейчас идет более выраженная температурная реакция. Если к концу 2020 года мы видели осложнения на почки и печень. То  вот в 2021 году все больше осложнений приходится на сердце», – отмечает она.

Сауле Сауранбаева, как опытный врач-терапевт, работающая два года с ковидными пациентами, сейчас делает первые выводы. Главный из них: человеку, переболевшему ковидом, необходима реабилитация и чем раньше она начнется, тем лучше. Благодаря этому мы, вероятно, сможем избежать постковидного синдрома. В реабилитации должны участвовать как минимум три специалиста – психолог, фармаколог и реабилитолог. Ковид не проходит бесследно, сейчас об этом говорят и пишут ученые, вплотную занимающиеся исследованием нового вируса. Но в Казахстане есть проблемы с организацией постковидной реабилитации.

«Общей диагностической базы нет, для того, чтобы взять постковидную реабилитацию. У нас есть свои медико-экономические стандарты. Туда входит работа врача, лекарства и так далее, и из этого составляется тарификатор. Нам нужна реабилитация по ковиду, но для этого нужна тарификация. А у нас ее нет. У нас есть тарифы на реабилитацию после инсультов, травм и после сердечных заболеваний. Я считаю, что ковид нуждается в ранней реабилитации. Там необходимы психологи, фармацевты, реабилитологи. Я думаю, что этот вирус как живой организм. Но ничего страшного. Мы справимся. Сначала было непонятно, сейчас уже легче. Мы ведь медики, мы должны справиться», – заключила врач.