На фоне падения реальных доходов граждан, Кабмин, устами первого вице-министра национальной экономики Азамата Амрина, озвучил начальные идеи по выводу нас на траекторию процветания и повышения благосостояния. Основа основ плана правительства – поднять минимальную зарплату до общемировых рекомендаций. Вот только граждане, вместо того чтобы обрадоваться щедрости чиновников, почему-то напряглись.
Вместе с экономистами редакция Ulysmedia.kz попыталась понять – чего же для нас, простых казахстанцев, в планах Кабмина больше – плюсов или потенциальных минусов?
Справедливости ради заметим: повышение минимальной зарплаты до 50% от медианной – не сиюминутная прихоть чиновников МНЭ. Это международные обязательства, которые официально взял на себя Казахстан, ратифицировав в конце 2025 года соответствующую Конвенцию МОТ.
Но еще совсем недавно, в конце лета 2025 года, глава Миннацэкономики и вице-премьер по совместительству Серик Жумангарин говорил, что денег на повышение МЗП в бюджете нет. Да и после о том же говорили в министерстве труда и Минфине. А теперь риторика стремительно поменялась. И МЗП, оказывается, планируют-таки повышать. Причем даже не до 110 тысяч, как предлагали депутаты, а сразу – до рекомендованных МОТ уровней.
Как предполагает экономист, директор консалтинговой компании Ulagat Consulting Group Марат Каирленов, на мнение властей оказали влияние два фактора. С одной стороны – страна реально движется к кризису – ВВП, то есть экономика растет, а граждане беднеют. С другой стороны – сейчас в мире выросли цены на нефть, а значит Казахстан ждет притока нефтедолларов.
Но комментируя вопрос повышения минималки, Азамат Амрин честно признается: во-первых, потянет бюджет эту меру или нет, станет известно ближе к середине 2026 года, а, во-вторых, основная задача этого повышения – не поднять фактическую зарплату низкооплачиваемых специалистов, а заставить бизнес сдавать за сотрудников налоговую отчетность по текущей минималке.
Как пояснил Азамат Амрин, сейчас практически половина занятых в коммерческих структурах казахстанцев, официально получают «минималку». Таким образом бизнес сокращает свои налоги.
В соцсетях идею Кабмина раскусили очень быстро: под видео с кулуаров заседания правительства множество комментариев о том, что бизнесу проще уволить сотрудников, чем повышать им зарплату.
Комментарии к заявлению Азамата Амрина, instagram: vyhod_k_pravde
Экономисты тоже указывают на этот риск.
- У нас 75% занятых работают в несырьевом негосударственном секторе, а там ситуация совсем неоднородная и отличная от сырьевого и квазигосударственного секторов. К примеру, у добывающих компаний все хорошо. Цены на сырье, в том числе из-за геополитической нестабильности, растут, а Казахстан для многих стран может стать резервным поставщиком и нефти, и металлов, и агропродукции. То есть, в этих секторах собственники могут повысить зарплату работникам относительно безболезненно. А, к примеру, в секторе HoReCa рентабельность упала с 10% до 1–2%. В легкой промышленности – тоже резкое падение, в том числе из-за теневого импорта и снижения покупательского спроса. Им может быть просто неоткуда повышать зарплату, - предупреждает экономист Марат Каирленов.
Марат Каирленов, фото из архива спикера
Он считает, что прежде чем заявлять о повышение минималки, Кабмин должен провести аналитику рентабельности всех отраслей, чтобы не получилось так, что бизнес просто закроется, чтобы не платить повышенную зарплату своим сотрудникам.
Аналогичного мнения придерживается и экономист, генеральный директор AERC Жаныбек Айгазин.
- Экономика платит столько, сколько может. В Казахстане медианная зарплата около 300 тысяч тенге, средняя – выше, но две трети работников, согласно статистике, получают ниже средней. При этом нагрузка на фонд оплаты труда у нас разная, в зависимости от отрасли, а если посмотреть статистику роста производительности труда, то мы можем увидеть, что в Казахстане рост реальных зарплат в последние годы опережал рост производительности труда. Это означает, что экономика не всегда «зарабатывает» те деньги, которые выплачивает. Более того, совокупная факторная производительность находится в отрицательной зоне – факторы производства используются неэффективно, - говорит экономист.
Он не исключает, что при повышении минималки, бизнес начнет либо сокращать работников, либо искать иные пути налоговой оптимизации.
С учетом того, что во всем мире и так наблюдается тренд сокращения занятости за счет замены части работников автоматизацией, роботами или ИИ, Казахстан рискует столкнуться с существенным ростом структурной безработицы.
При этом, как напоминает Айгазин, надо смотреть еще и на уровень инфляции, который может вырасти на фоне повышения зарплат.
Жаныбек Айгазин, www.inform.kz
- Еще Кейнс писал, что рост заработной платы может приводить к росту цен через увеличение спроса. Это классический эффект, который тоже надо принимать во внимание. Равно как и то, что доля людей, реально получающих минимальную зарплату, невелика, она находится в нижнем дециле наемных работников. То есть это относительно небольшая группа, - подчеркивает Жаныбек Айгазин.
Марат Каирленов, напротив, считает, что к большим инфляционным рискам повышение МЗП не приведет – получателей минималки действительно в Казахстане не так много, чтобы двукратное увеличение их доходов могло спровоцировать существенный рост цен.
- Ну да, при повышении минималки цены повысятся. Но не думаю, что сильно. Плюс общий уровень реальных доходов вырастет. Также надо помнить, что структура торговли сейчас существенно меняется – люди покупают вещи и даже продукты не только в магазинах или на рынках, но и онлайн. А интернет дает возможность заказать какую-нибудь кофту на зарубежном маркетплейсе. И условно китайским производителям, чтобы поглотить выросшую из-за повышения МЗП казахстанскую денежную массу, надо просто на 2 секунды больше поработать, - объясняет он свою точку зрения.
Тем не менее экономисты подчеркивают: повышать реальные доходы граждан в Казахстане просто необходимо.
Почти двукратный рост минималки может быть первым шагом в этом направлении.
- На минимальной зарплате «завязаны» реальные зарплаты санитарок, медсестер, специалистов начального уровня на госслужбе и так далее. У них в последние годы реальные доходы снижаются очень сильно, потому что общий фонд оплаты труда (ФОТ) особо не меняется, а структура расходов в госаппарате сильно меняется. Просто посмотрите – в правительстве 5 вице-премьеров, соответственно в каждом министерстве - по 5 вице-министров, у каждого акима – по пять заместителей. Всем им нужна зарплата. Поэтому если раньше рядовой специалист получал свои условные 150 тысяч оклада и сверху – премию в размере оклада, то сейчас многие премии сократили. При повышении МЗП общий ФОТ будет пересмотрен, специалисты низового уровня действительно начнут получать больше, - говорит Марат Каирленов.
Жаныбек Айгазин к плюсам повышения МЗП относит в первую очередь бонусы для экономики и бюджета.
- Рост минимальной зарплаты – это увеличение собираемых объемов ИПН, то есть это увеличение госфинансов, улучшение фискальной позиции. Если говорить о самих работниках, то это повышение благосостояния, возможность купить больше товаров и услуг, либо отложить на будущее, - перечисляет он.
Он подчеркивает: повышение минималки – это сигнал для всех работодателей: если уж этот показатель вырос, значит и рыночные зарплаты стоит поднять.
Главное – чтобы у бизнеса были финансы на повышение зарплат, и он не выбрал сокращение штатов вместо навязанной государством социальной ориентированности.
Чтобы минимизировать риски повышения МЗП, Марат Каирленов считает правильным рассмотреть вариант дифференцированного повышения в тех отраслях, где бизнес имеют высокую рентабельность и/или основывается на добыче сырья или эксплуатации монопольного положения – вводить более высокую минималку, для тех же, кто и при нынешних расценках получает мизерную рентабельность – оставить текущие параметры МЗП.
Жаныбек Айгазин полагает, что дифференцированный по отраслям МЗП станет еще одной проблемой Казахстана.
- Я думаю, что такой подход создаст дисбаланс в экономике. И без того люди стремятся получить высокооплачиваемую работу, и это нормально. Но государство своими решениями все же не должно этот процесс стимулировать, хотя бы потому, что им весьма сложно управлять. Может возникнуть переизбыток предложения по одним специальностям и недостаток по другим, - объясняет он.
Как уверен экономист, сейчас необходим Impact Assesment (оценка регуляторного воздействия), то есть тщательное моделирование всех возможных сценариев повышения МЗП и скрупулезный анализ всех рисков и позитивных факторов, в том числе – с учетом мирового опыта.
- В целом, надо отметить, что, к примеру, в Германии в 2015 году был введен МЗП. Высказывалось много опасений о росте безработицы в отдельных секторах экономики, но правительство провело качественный ОРВ, в итоге, на основе этого анализа, построило модель повышения МЗП. И в итоге риски реализовались в гораздо меньшем объеме, чем прогнозировали, а положительный эффект оказался сильнее, - говорит Айгазин.
Вполне возможно, что и Казахстан от повышения МЗП только выиграет. Но сценарии, действительно, возможны самые разные. Показателен пример Турции, где «минималка» последние пять лет растет примерно на 30% ежегодно. Обгоняя ее, в стране растут и цены. А так как наказание за нарушение трудового законодательства в Турции очень суровое, вместе с МЗП растет и безработица. Частный бизнес не видит рентабельности в найме работников минимум за 620 долларов ежемесячно.
А в Казахстане же даже без дополнительных инициатив правительства на рынке труда складывается достаточно напряженная обстановка. По данным за I квартал 2026 года, сократилось как количество вакансий, так и предлагаемые работодателями зарплаты для этих рабочих мест. Причем «минусы» практически по всем отраслям и регионам.
