7 октября исполнилось 20 лет со дня убийства журналистки «Новой газеты» Анны Политковской. В 2006 году ее застрелили в подъезде собственного дома в Москве. За организацию и исполнение преступления осудили нескольких человек, однако заказчика убийства так и не установили. Редакция Ulysmedia собрала главное о жизни и работе Политковской, ее расследованиях в Чечне, угрозах, убийстве и о том, почему спустя два десятилетия ее имя остается символом независимой журналистики.
Политковская стала одной из самых известных российских журналисток своего поколения. Она годами ездила в Чечню, расследовала похищения, пытки, исчезновения людей и внесудебные расправы, писала о судьбах мирных жителей и российских солдат и открыто критиковала как федеральные власти, так и руководство Чечни. К 20-й годовщине ее гибели в Москве вновь принесли цветы к дому на Лесной улице, где она была убита. Евросоюз и Коалиция за свободу СМИ также призвали установить всех причастных к преступлению, включая его заказчиков.
Анна Политковская родилась в 1958 году в Нью-Йорке в семье советских дипломатов. Детство и большую часть жизни провела в Москве. В 1980 году окончила факультет журналистики МГУ.
До прихода в «Новую газету» она работала в нескольких советских и российских изданиях. Но именно после 1999 года, когда Политковская стала специальным корреспондентом «Новой газеты», ее имя оказалось тесно связано с Северным Кавказом.
Она десятки раз ездила в Чечню, Дагестан и Ингушетию. В центре ее текстов были не военные сводки и передвижение фронта, а люди: семьи пропавших без вести, жители разрушенных сел, матери солдат, заключенные, пережившие пытки.
Политковская подчеркивала, что не считает себя классическим военным корреспондентом. Ее больше интересовало, что война делает с обычным человеком. Она критиковала преступления федеральных сил, но не была сторонницей чеченских боевиков и писала также о преступлениях с их стороны.
Одним из ближайших людей Политковской в Чечне стала правозащитница Наталья Эстемирова. Она помогала журналистке находить героев, свидетелей и семьи пострадавших, а также добираться до мест, куда московским журналистам зачастую было практически невозможно попасть.
Правозащитник Александр Черкасов позже назвал Эстемирову для Политковской «Вергилием, проводником по всем кругам ада».
Вместе они собирали свидетельства о похищениях, секретных местах содержания людей и пытках. Иногда их работа приводила к реальным уголовным делам.
Одним из наиболее известных стало дело Зелимхана Мурдалова, пропавшего в Чечне в 2001 году после задержания сотрудниками милиции. Его семья годами добивалась расследования. Политковская, Эстемирова и адвокат Станислав Маркелов собирали материалы и помогали потерпевшим.
В 2005 году бывшего сотрудника милиции Сергея Лапина признали виновным в преступлениях против Мурдалова и приговорили к длительному сроку заключения.
Для правозащитников это стало редким примером того, когда за преступления, совершенные во время чеченской войны, удалось добиться реального судебного решения.
Фото: kashin.guru
Особенно жестко Политковская писала о Рамзане Кадырове и системе власти, которая формировалась вокруг него в Чечне. В начале 2000-х она вместе с Натальей Эстемировой ездила в родовое село Кадыровых, чтобы взять у него интервью.
Дочь Эстемировой Лана спустя годы вспоминала эту поездку в книге «Пожалуйста, живи». По ее словам, женщины не были уверены, что смогут безопасно уехать после разговора.
Она рассказывала, что во время интервью Кадыров резко реагировал на вопросы Политковской и оскорблял ее. После публикаций отношения между журналисткой и чеченским руководством стали крайне напряженными.
Сама Политковская продолжала писать о предполагаемых секретных тюрьмах, похищениях и пытках в Чечне и публично заявляла, что не верит в возможность реальных изменений, пока система насилия остается безнаказанной.
Эту фразу Лана Эстемирова использует, вспоминая одну из поездок Политковской к Кадырову. По ее словам, после интервью журналистка шла к машине, опасаясь, что в нее могут выстрелить сзади.
Угрозы сопровождали Политковскую многие годы. Во время работы в Чечне ее задерживали военные. Она рассказывала об унижениях и инсценировке расстрела. В 2001 году из-за угроз ей пришлось на некоторое время уехать из России.
Но командировки она не прекратила.
Политковская несколько раз оказывалась не просто наблюдателем, а непосредственным участником драматических событий.
В октябре 2002 года после захвата Театрального центра на Дубровке в Москве она вошла в здание и пыталась вести переговоры с террористами. Они согласились разговаривать с ней в том числе потому, что знали ее по поездкам в Чечню. Освободить заложников ей не удалось, однако в здание удалось передать воду.
В сентябре 2004 года Политковская собиралась лететь в Беслан, где террористы захватили школу. Она вновь рассчитывала выступить посредником.
До Беслана журналистка не добралась. Во время перелета ей резко стало плохо после того, как она выпила чай. Ее госпитализировали в Ростове-на-Дону с тяжелым отравлением неизвестным веществом.
Политковская и ее коллеги считали случившееся попыткой не дать ей попасть в Беслан, однако официально эта версия доказана не была.
Хотя имя Политковской прежде всего связано с чеченскими войнами, круг ее тем был гораздо шире. Она расследовала коррупцию, проблемы в армии, положение срочников, нарушения прав заключенных и злоупотребления чиновников.
В книге «Путинская Россия» журналистка резко критиковала политическую систему Владимира Путина, усиление силовых структур и ослабление независимых институтов.
Она предупреждала и об опасности исчезновения свободной журналистики. Одна из ее известных мыслей сводилась к тому, что информационный вакуум делает общество беспомощным перед властью и насилием.
7 октября 2006 года Политковская вернулась домой с покупками. В подъезде дома на Лесной улице в Москве ее несколько раз застрелили. Один из выстрелов был произведен в голову. Рядом нашли оружие.
Ей было 48 лет. Убийство произошло в день рождения Владимира Путина. Совпадение даты с самого начала породило множество версий и спекуляций, однако доказательств связи этого обстоятельства с преступлением установлено не было.
Коллеги журналистки считали, что причиной убийства стала ее профессиональная деятельность.
Расследование растянулось на годы и прошло через оправдательные приговоры, их отмену и новый судебный процесс. В итоге Рустама Махмудова признали непосредственным исполнителем убийства и приговорили к пожизненному заключению. Лом-Али Гайтукаев, которого следствие назвало одним из организаторов преступления, также получил пожизненный срок.
Ибрагим и Джабраил Махмудовы получили соответственно 12 и 14 лет заключения. Бывшего сотрудника милиции Сергея Хаджикурбанова приговорили к 20 годам. Еще один фигурант - бывший подполковник милиции Дмитрий Павлюченков - получил 11 лет после сделки со следствием.
Но кто отдал приказ убить Политковскую и кто оплатил преступление, следствие так и не установило.
Именно поэтому семья и коллеги журналистки все эти годы говорят, что дело нельзя считать полностью раскрытым.
В 2023 году стало известно, что Сергей Хаджикурбанов, осужденный по делу Политковской, освободился из колонии после участия в войне против Украины.
Эта история вновь вызвала вопросы о судьбе расследования. К 20-летию убийства Евросоюз отдельно упомянул помилование Хаджикурбанова и заявил, что оно ставит дополнительные вопросы об ответственности за преступление.
Европейский суд по правам человека ранее также пришел к выводу, что российские власти не предприняли достаточных усилий для установления заказчиков убийства.
7 октября 2026 года москвичи снова пришли к дому на Лесной улице, где погибла Политковская. Люди приносили цветы. Представители партии «Яблоко» установили временную памятную табличку. Ранее ее неоднократно уничтожали, после чего активисты восстанавливали ее.
У дома дежурили полицейские. По сообщениям очевидцев, одного из пришедших ненадолго остановили, после чего отпустили.
В Коалиции за свободу СМИ представители 32 стран призвали Россию привлечь к ответственности всех виновных, в том числе заказчиков убийства.
С отдельным заявлением выступил и Евросоюз.
- Спустя 20 лет вопрос о полном привлечении виновных к ответственности остается открытым, - говорится в заявлении ЕС.
Фото: Новая газета
У истории Политковской есть еще одно продолжение. Ее внучка родилась уже после убийства журналистки. Девушку назвали Анной-Викторией.
По ее словам, это было одним из последних желаний бабушки. Незадолго до гибели Политковская попросила дочь Веру назвать будущего ребенка в ее честь.
Сама внучка бабушку никогда не видела. Долгое время фамилия Политковской была для нее скорее тяжелым грузом. Девушка рассказывала, что в российской школе сталкивалась с травлей из-за семьи и своих политических взглядов.
После начала войны России против Украины она стала открыто спорить с одноклассниками. По ее словам, ей начали угрожать, в том числе писать, что она «закончит так же, как бабушка».
После угроз семья уехала из России.
Сейчас Анна-Виктория живет в Европе и изучает политологию в Нидерландах. Она планирует работать в европейских институтах, а позже не исключает и занятия журналистикой. Отношение к собственному имени, говорит она, со временем изменилось.
- Я долго думала, что ее просьба была неким проклятием, которое она мне дала. Но в какой-то момент я поняла, что это не только проклятие, но и благословение. Моя бабушка дала мне такое имя, чтобы я что-то с ним сделала.
Фото: Олеся Кривцова/ thebarentsobserver.com
За свою работу Анна Политковская получила десятки журналистских и правозащитных наград. После смерти ей присудили Всемирную премию ЮНЕСКО за свободу печати имени Гильермо Кано. Но главным наследием журналистки остались ее тексты.
