В суде над Санжаром Бокаевым допросили организатора международного автопробега, за который в 2018 году заплатил профсоюз «КазТрансГаза». По словам свидетеля Жулдыз Артыкбаевой, акт выполненных работ она отдала Бокаеву как представителю заказчика. В смете, которую ей показал прокурор, нашлись услуги, которых на автопробеге не было, сообщает Ulysmedia.kz.
Артыкбаеву допросили 3 ноября в Алмалинском районном суде Алматы. Всего профсоюз потратил на автопробег 86,8 млн тенге. По версии прокуратуры, стоимость намеренно завысили. Часть денег получила компания BM Trust, которую обвинение связывает с Бокаевым, причём за работы, которые она не выполнила. Ущерб по этому эпизоду прокуратура оценивает в 42,2 млн тенге.
По словам Артыкбаевой, о проекте она узнала в июле 2018 года от самого Бокаева. Автопробег был международным, в нём участвовали «Газпром», китайская CNPC и «КазМунайГаз». Целью было продвигать природный газ как моторное топливо. Компания Артыкбаевой отвечала за казахстанский этап и по договору получила 38,9 млн тенге.
Прокурор показал выписки. 8 августа 2018 года на счёт компании пришли 27,3 млн тенге, а 26 сентября ещё 11,7 млн.
Часть денег Артыкбаева снимала наличными, по её словам, около 20 млн тенге. Она объяснила, что наличные были нужны в дороге, где не ловит связь, например чтобы оплатить питание по пути в Актобе. Ещё около 1 млн тенге она перевела Мадияру Калменову, племяннику Бокаева, на китайский этап.
— Мне сказали, что нужно отправить Мадияру около миллиона или чуть больше. Сказали, что он понёс расходы за китайскую часть, — рассказала свидетель.
Прокурор спросил, как она подписывала акт выполненных работ. Артыкбаева ответила, что отнесла его в «КазТрансГаз».
— Помню, акт работ брал Санжар Омарович (Бокаев, прим. ред.). Он был представителем заказчика, — сказала она.
Затем прокурор показал смету автопробега. Артыкбаева заявила, что часть указанных там услуг никто не оказывал. Например, отдельной охраны у автоколонны не было, участники пользовались платной автостоянкой. Не было, по её словам, и изготовления капсулы. Биотуалетов она тоже не помнит.
— Есть мероприятия, которые вообще не проводились во время автопробега, — сказала свидетель.
Саму смету, по словам Артыкбаевой, она не составляла и не видела. На следствии она говорила другое. Тогда она рассказывала, что сметы готовили она и Калменов, а руководители департаментов «КазТрансГаза» обсуждали каждую статью расходов. В суде Артыкбаева объяснила, что на допросе имела в виду перечень услуг.
4 ноября суд допросил ещё двух свидетелей. Номинальный директор столовой у сухого порта в Хоргосе Ксения Юрченко рассказала, что её компания кормила участников автопробега горячим обедом и давала им сухой паёк. Платила компания Артыкбаевой. Сама Юрченко о сделке знает только со слов человека, у которого была доверенность на управление компанией.
Бухгалтер «Шымбулак Development» рассказала, что 16 сентября 2018 года компания подняла 80 участников на канатной дороге. За это заплатили 320 тысяч тенге.
Следующие заседания суд назначил на 10–13 ноября.
Ранее представитель профсоюза Мухтар Амерханов рассказал в суде, что проект автопробега на собрании профсоюза представлял Бокаев. Тогда он работал советником генерального директора «КазТрансГаза». Завышение стоимости обнаружил в 2024 году член ревизионной комиссии профсоюза, после чего дело передали в АФМ.
Бывший видеограф Бокаева Улан Нусипкожа призналвину и пообещал рассказать суду, как всё было. Суд над Бокаевым, Калменовым и Нусипкожей начался 16 октября. По версии прокуратуры, Бокаев с сообщниками украл гранитные плиты со стройки, а потом снял это на видео как разоблачение. Похожую схему следствие видит в вырубке деревьев в роще Баума. Ещё Бокаева обвиняют в отмывании денег. Сам он обвинения отрицает.
Прокуратура также добилась, чтобы суд наказал адвоката Бокаева Радмира Утепова за комментарии СМИ о деле.
