Кому в Казахстане нужны товарные биржи, и почему на них обратил внимание президент Токаев

Курманов Байтас

В своём послании президент в очередной раз обратил внимание на товарно-сырьевые биржи, их деятельность и регулирование.

Фото взято из открытых источников

Собственно в поле зрения Токаева эти структуры попадают не в первый раз, в послании от 2020 года глава государства говорил буквально следующее:

   – Требуется навести порядок с биржевой торговлей, и, в первую очередь, в сфере нефтепродуктов, электроэнергии, угля. Имитация прозрачности со стороны крупных игроков недопустима. Поэтому нужен сильный и независимый орган по защите и развитию конкуренции. Поручаю создать Агентство по защите и развитию конкуренции с прямым подчинением президенту.

И уже через три года президент отмечает, что «успешное развитие предпринимательства невозможно без развития конкуренции. Сегодня в целом ряде базовых отраслей доминируют несколько крупных игроков. Это ведет к искажениям рынка».

   – Нельзя замыкаться только в пределах национальной торговой системы. Совместно с бизнесом следует проработать вопрос создания сильной региональной товарно-сырьевой биржи, – подчеркнул Токаев.

Для большой части бизнеса тема товарных бирж остаётся новой и неизведанной. Наши предприниматели имеют представление только фондовых биржах, тогда как в мире активно развиваются товарно-сырьевые – именно они предоставляют широкий спектр инструментов – от спотовых торгов до фьючерсов в дополнение к обычным торгово-сырьевым операциям.

В отличие от фондового рынка, где торгуют ценными бумагами, на ТБ (товарных биржах) проводят операции с непосредственно товарами – зерном, нефтью, углем и множеством других.

Фактически, биржа - это торговая площадка, чей успех зависит от числа игроков и качества товаров. Например, на ТБ Узбекистана можно купить востребованный в Казахстане карбамид, на Ашгабатской бирже – нефтяной кокс, в Чикаго торгуют спотовой и фьючерсной нефтью.

Оборот бирж зависит от оперативности в обработке заявок и от авторитетности присутствующих в ней финансовых институтов. Например, на Чикагской бирже можно купить миллион баррелей нефти за тысячную долю секунды. Главный плюс этой и других подобных бирж – прозрачность торгов и контрагентов. Все, кто заходит на эту торговую площадку, прежде всего доверяет её способности выбирать и допускать на торги надежных игроков. Тем не менее, участники имеют возможность застраховать свои риски в случае неплатежа или непоставки товаров.

Какие игроки бывают на бирже и как они зарабатывают?

На ТСБ есть основные группы участников:

  • трейдеры и инвесторы: эти участники покупают и продают контракты на товары с целью извлечения прибыли из изменения цен. Трейдеры часто работают на коротких временных промежутках, в то время как инвесторы могут держать свои позиции на более длительный срок;
  • производители и поставщики: эти компании используют товарные биржи для хеджирования рисков, связанных с колебаниями цен на товары. Они могут заключать фьючерсные контракты для гарантирования определенной цены продажи или покупки товара в будущем;
  • потребители и покупатели: крупные потребители сырья, такие как пищевые производители или энергетические компании, также могут использовать биржи для хеджирования цен или для закупки сырья на будущее;
  • брокеры: они зарабатывают на комиссиях и спредах за организацию и проведение торговых операций между покупателями и продавцами; 
  • сама биржа зарабатывает на сборах за проведение торгов, а также на предоставление различных дополнительных услуг, таких как расчеты, хранение и информационные услуги;
  • регуляторы и надзорные органы: хотя они не зарабатывают на бирже в прямом смысле, их задачей является обеспечение соблюдения законов и правил, что в свою очередь создает благоприятную среду для торговли и инвестирования.

Каждый из этих игроков играет свою роль и имеет способы заработка, и взаимодействие между ними создает сложную экосистему, которая позволяет эффективно функционировать рынку.

Нельзя не заметить, что биржа – прозрачный инструмент торговли и этими плюсами открытого рынка невозможно воспользоваться при бесконтрольности и некомпетентности уполномоченного органа. Также сложно это сделать, если регулятор лоббирует частные интересы отдельных игроков.

Собственно и сами игроки откажутся покупать или продавать, если биржа плохо организует торги, не отладит свою электронную платформу или не подтвердит благонадёжность поставщиков и покупателей.

К слову, дискредитация ожидаемого положительного эффекта, в какой-то мере сработала в Казахстане перед январскими событиями 2022 года.

Тогда ни ETS, ни “Алан”, ни другие биржи, на которых торговали сжиженным газом, не попадали в поле зрения агентства по защите и развитию конкуренции (АЗРК). Беспорядки, спровоцированные биржевыми ценами на автогаз, нельзя оправдать недостаточным опытом. Биржа – это не детский сад, где можно учиться на ошибках – это реальная торговая площадка, за которой стоят граждане нашей страны.

Тем не менее, вопрос – почему после январских событий не было проведено расследование о том, кто виноват и кто спровоцировал эту ситуацию, до сих пор остаётся без ответа. 

Этот пример наводит на мысль, что в 2021 году АЗРК и министерство торговли не отработали нормативную базу, что и превратило  цены на автогаз в детонатор январских событий. 

Марат Омаров, председатель АЗРК

Да и как регулятор мог увидеть это, если ситуационный центр с компьютерами и программным обеспечением в здании АЗРК, в середине 2021 года с помпой открытый в присутствии высокопоставленных лиц, был профинансирован одной из курируемых бирж, на которой и случились в последующем факты, повлекшие повышение цен газа.

Открытие ситуационного центра, 2021 год

Почему ситуационный центр не смог спрогнозировать последствия такого резкого повышения цен на газ? Почему не последовал разбор ситуации? Скорее всего потому, что ответ лежит на поверхности.

Митинг в связи с повышением цен на газ, Мангистау

Есть ещё моменты, о которых скорее всего известно президенту Токаеву. Например, кто объяснит, почему значительная часть казахстанской пшеницы торгуется на бирже Узбекистан?

В Казахстане действуют восемь товарных бирж, хотя зарегистрированно девять. Раньше их было 19, однако закон о биржевой торговле стандартизировал требования и их число снизилось. Можно ли считать действующие биржи благонадёжными или они станут “карманными”?

Скорее всего, этот вопрос волнует и президента Токаева, который откровенно говорит о том, что биржевая торговля – это не только свобода торговли, но и жесткий контроль. Свободный рынок биржевой торговли должен быть честным и конкурентным и именно благодаря этому, он может стать удобной и востребованной торговой площадкой.

А от самих бирж требуется хорошая IT-инфраструктура, ликвидность, финансовые партнёры и умение привлекать новых игроков. При наличии этих составляющих торгово-сырьевые биржи как раз и смогут дать толчок в развитии свободной торговли и между регионами Казахстана.