Спасённые птицы, или Почему в Калифорнии государственные экологи кофе за чужой счёт не пьют

Ulysmedia

В Казахстане к нацпаркам отношение особое – чтобы добро не пропадало, их передали в частные руки. Арендаторы взяли землю в аренду на 49 лет и теперь им сложно помешать строить гостиницы или горнолыжные базы. В Калифорнии к паркам тоже относятся трепетно – там даже кемпинг просто поставить нельзя. Оказывается, в этой стране природу защищает закон и действуют 14 правил, которые обойти практически нельзя. Почему у нас не так как у них, а у них не так как у нас, выясняла главный редактор Ulysmedia.kz Самал Ибраева.

Какую роль играет государство в решении экологических проблем Калифорнии, кто отвечает за природу, почему удалось снизить коррупционные риски, спасти краснокнижных птиц и отменить строительство мусоросжигающих заводов – на эти и другие вопросы ответила директор департамента округа Керн штата Калифорния по планированию и природным ресурсам Лорелей Х. Овиатт.

- У нас в Калифорнии люди очень любят парки – чтобы полюбоваться красотами, приезжают и живут в кемпингах. Туристов очень много и, признаюсь, инфраструктура не справляется с этими потоками отдыхающих. Мы, в свою очередь, должны создать им условия и дать доступ к паркам, и в тоже время соблюсти баланс, чтобы не сгубить природные заповедники. Когда-то на это не обращали внимания, но ситуация изменилась после того, как приняли закон, который определил правила использования земли национальных парков. К примеру, если принимается решение создать рекреационную зону, только совет ученых, экологов и планировщиков решает, какую площадь и где выделить, после этого объявляется тендер, и застройщик вынужден принять условия или отказаться от своей идеи.

Кто у вас отслеживает рекреационную нагрузку?

- За это отвечает Федеральное правительство, также в штате есть парковая служба, которая постоянно следит за тем, как используются земли национальных парков.

Сложно сохранить биоразнообразие? У нас в Западном Казахстане возник конфликт интересов природы и фермеров – сайгаки, которые были на грани исчезновения, неожиданно размножились и стали доставлять проблемы сельскому хозяйству. Сейчас одни требуют разрешить отстрел животных, другие – сохранить жизнь степным антилопам. Как такие проблемы решают в Калифорнии?

- У нас есть закон по охране окружающей среды - ceqa и мы работаем строго в его рамках. В подобных ситуациях, прежде всего, готовится доскональный отчёт, который состоит из 14 частей - это анализ биологических ресурсов, культурной составляющей, качества воздуха, транспорта, парков и т.д. По всем этим 14 пунктам мы проводим детальное исследование и делаем аналитические заключения. После этого отправляем его общественности, даём время на изучение. Затем на общественных слушаниях мы обязаны ответить на все вопросы, которые возникли в обществе. Только закон и общественное мнение – на их основе мы ищем консенсус.

Вам не кажется, что на фоне разговоров о сохранении биоразнообразия и окружающей среды, расстреливать антилоп – это дикость?

- У нас подобная проблема возникла на севере Калифорнии, где выращивают рис. Там снижается популяция краснокрылой черной птицы, которая приспособилась жить на рисовых чеках и портить посевы. По инициативе правительства приняли программу, по которой фермерам платят за то, чтобы они не собирали рис в определенные периоды времени, когда птица гнездится. Фермеры несут потери, но получают компенсацию деньгами - птицы живы и фермеры довольны. Может быть с вашими антилопами таким же образом можно решить проблему? Пусть правительство платит фермерам за то, что те устроят миграционный коридор?

В Калифорнии кто-то может повлиять, пролоббировать чей-то опасный для природы проект?

- Да, как и везде. Но, когда это происходит, общественность, которая была вовлечена в диалог по проблеме, не допустит, чтобы политик был переизбран на следующий срок на выборах. Наша задача взвесить социальные, финансовые и другие преимущества и негативное влияние на природу, и, конечно, предложить баланс. Вся эта информация на чаше весов с плюсами и минусами доступна общественности, люди должны понимать, почему политики принимают именно это решение, почему они дали «зелёный» свет именно этому проекту.

Как в сказке, неужели у вас невозможен подкуп независимых экологов?

- Такое возможно, но в этом и заключается моя работа – написать отчёт, полагаясь на мнение нескольких экологов и свой опыт. Я подготовила сотни проектов и только по двум была негативная оценка и они были отклонены. Есть проекты, которые были отклонены на ранней стадии - они даже не отправлялись на обсуждение общественности.

Что удалось не допустить? Примеры есть?

- К примеру, проложена железная дорога из Латинской Америки до нашего округа Керн. Кому-то в голову пришла идея, что хорошо бы мусор на товарных вагонах отправлять на наши пустынные территории и сжигать на предприятии с очень высокими трубами. Они могли воспользоваться правом и выставить проект на голосование законодателей и может быть даже получить их одобрение. Однако я сразу сказала, что без моей рекомендации проект скорее всего провалится. В результате предприниматели не стали тратить миллионы долларов на этот процесс и отказались своей идеи.

У нас, кстати, тоже активно обсуждалось строительство мусоросжигающих заводов. Сейчас проект отложили.

- Я не против мусороперерабатывающих заводов, если они работать будут по современным технологиям и чисто утилизировать мусор. По старой технологии мусор сжигали, по новой – мусор разлагают. К примеру немцы придумали ещё один способ – его помещают в ёмкости, где под воздействием химических элементов мусор «переваривают». Утилизация мусора не совсем простое дело – это большой расход воды и влияние на воздушный бассейн. Поэтому вопрос утилизации должен быть разработан ещё на стадии разработки проекта. Главное условие – нулевые выбросы.

Но вы же говорили, что при желании и у вас можно добиться поддержки политиков, которые в праве разрешить строительство вредного для экологии предприятия.

- В нашем законе о защите окружающей среды очень четко оговариваются все оценки и аналитические отчёты, которые обязательно должны быть составлены. Поверьте, далеко не последнюю роль играет наше государственное ведомство - его коррумпировать очень сложно. К примеру, я не позволю ни одному человеку даже кофе для меня купить в качестве благодарности

Коррупция – это большой вопрос. У нас в природоохранной зоне строят золотодобывающее предприятие, общественники и местное население категорически против, однако министерство экологии заняло какую-то выжидающую позицию.

- Вы, как журналист, можете провести своё расследование, проверить, кто инвестор, есть ли у него реальные деньги, где они уже построили свои предприятия, насколько они успешны. Выполняли или нет свои обещания в других странах или нет. Я уверенна, что к выводам прислушается ваше правительство и откажется от сотрудничества с этой компанией.

У вас экологи и ученые зависят от государственного финансирования?

- У нас был такой порочный круг, но его удалось сломать. Есть, конечно, проблемы - экологи всегда считают, что правительство в любых обстоятельствах ведёт нечестную игру, а я как его представитель доказываю обратное. Не буду скрывать, прошлое для нас стало хорошим уроком – сейчас мы стараемся ошибки исправлять.

Что вам мешает?

- Интернет усложнил мою жизнь. Там много хорошей информации, но не меньше и плохой. До сих пор ко мне на общественные слушания приходят люди, уверенные в том, что солнечные батареи - причина онкологии. Приходится объяснять, что микроволновка на кухне сильнее влияет на организм, чем солнечные панели, установленные на поле. Могу заметить, что это новая активная форма пропаганды, для которой используется интернет и она очень мешает работать.

Справка

Лорелей Х. Овиатт – директор департамента калифорнийского округа Керн по планированию и природным ресурсам дала добро на реализацию 18896 проектов ветровой и солнечной энергии. Она член ассоциации планирования, института сертифицированных планировщиков и общества государственного управления США.