Зачем идут в маслихаты: бизнес, большие бюджеты и интересы регионов

Коллаж Ulysmedia.kz

29 ноября в Казахстане пройдут внеочередные выборы депутатов маслихатов всех уровней. На организацию голосования предусмотрено 35,8 млрд тенге. Выбирать депутатов будут по двум системам: на районном уровне и в городах областного значения – по одномандатным округам. В областных маслихатах, а также в Астане, Алматы и Шымкенте половину депутатов изберут по партийным спискам, другую половину – по одномандатным округам.

Однако за цифрами и избирательными процедурами остаются вопросы, которые касаются самой роли маслихатов. Насколько хорошо граждане знают своих депутатов? Кто заинтересован в получении депутатского мандата? И какое влияние местные представительные органы могут оказывать на решения, от которых зависит развитие регионов?

Ulysmedia.kz обсудил эти вопросы с политологами, которые по-разному оценивают возможности маслихатов, но сходятся в том, что их роль в системе местного управления заслуживает отдельного внимания.

Почему выборы в маслихаты не вызывают большого интереса?

Выборы в маслихаты традиционно привлекают меньше внимания, чем президентские или парламентские электоральные кампании. Одна из возможных причин – недостаточная осведомлённость граждан о полномочиях местных депутатов и о том, какие вопросы они могут решать.

– Традиционно выборам в маслихаты уделяется небольшое внимание по той простой причине, что электорат слабо себе представляет набор полномочий местных законодательных органов власти. В отличие от открытых демократических режимов (например, в Северной Америке или Европе, где люди гораздо больше интересуются местной проблематикой, чем общегосударственной), у нас выборы показывают очень низкую явку, так как избиратели не видят реальной связи между своим голосом и жизнью двора, – объясняет политолог Максим Казначеев.

В Казахстане основные направления экономической и налоговой политики определяются на республиканском уровне. При этом маслихаты участвуют в утверждении местных бюджетов, рассмотрении программ развития территорий и осуществляют контрольные функции. Насколько эффективно используются эти полномочия – отдельный вопрос.

– Местные представительные органы не могут существенно влиять на налоговое или экономическое законодательство. По сути, это консультативно-совещательный и контрольный орган. Акиматы отчитываются перед ними, но у депутатов нет реальных рычагов жесткого давления или отправки акима в отставку. Бюджет выносится на согласование, а не на подлинное обсуждение, – подчеркивает политолог Замир Каражанов.

На проблему узнаваемости депутатов обращает внимание и политолог Расул Коспанов. В своём исследовании он отмечает, что большинство казахстанцев затрудняются назвать депутата маслихата от своего округа.

По его наблюдениям, в составе местных представительных органов нередко можно встретить руководителей образовательных и медицинских учреждений, спортсменов и известных общественных деятелей. Их профессиональная репутация и узнаваемость могут играть определённую роль в избирательной кампании.

Кто идёт в депутаты?

Состав маслихатов представляет интерес не только с политической, но и с социально-экономической точки зрения. Среди депутатов есть предприниматели, руководители организаций, представители общественной сферы и люди с опытом государственной службы. При этом в разных регионах структура депутатского корпуса может заметно отличаться.

Алматы. Особое внимание эксперты обращают на участие представителей строительной отрасли. Как отмечает Максим Казначеев, «еще 20 лет назад из 37 депутатов алматинского маслихата 19 представляли строительные компании».

Для крупного города вопросы землепользования, застройки, генерального плана и развития инфраструктуры имеют большое значение. Поэтому участие представителей строительного бизнеса в работе маслихата вызывает закономерный интерес к тому, как при принятии решений обеспечивается баланс общественных и коммерческих интересов.

Астана. В столице среди представителей местного управления заметную роль играют люди с опытом работы в государственных структурах, коммунальной сфере и инфраструктурных организациях. Это можно объяснить особенностями развития города, где значительная часть проектов связана с государственными инвестициями.

Шымкент и регионы. Здесь, помимо других профессиональных групп, представлены предприниматели, работающие в торговле, сельском хозяйстве и агропромышленном секторе. Для таких территорий особенно актуальны вопросы землепользования, расширения городских границ и развития инфраструктуры.

По статистике, средний возраст депутатов в крупных городах составляет около 47 лет – это, как правило, люди, уже имеющие профессиональный и управленческий опыт.

Вместе с тем возникает вопрос о возможностях участия в местной политике новых общественных лидеров, независимых кандидатов и гражданских активистов.

Как отмечает политолог Талгат Исмагамбетов, «если даже пара активных людей попадет внутрь, их голос теряется среди десятков других, а отсутствие горизонтальных связей между бизнесом, населением и НПО оставляет граждан один на один с системой».

Большие деньги и большие ожидания

В своём послании президент Касым-Жомарт Токаев обозначил необходимость изменений в системе государственного управления. Одновременно государство планирует масштабные вложения в развитие инфраструктуры регионов. До 2029 года на эти цели предусмотрено 6,5 трлн тенге из Национального фонда.

В этой ситуации особое значение приобретает вопрос о том, насколько эффективно будут использоваться выделяемые средства и какую роль в контроле за их расходованием смогут играть местные представительные органы.

Политолог Талгат Исмагамбетов обращает внимание на возможные риски при определении приоритетов инфраструктурного строительства.

– Мы видим, что на развитие регионов выделяются колоссальные средства. Но возникает вопрос: не получится ли так, что строители и асфальтоукладчики получат подряды, сделают красивый внешний фасад - плитку, детские площадки, асфальт – а то, что находится под землей (изношенные теплотрассы и водоснабжение), останется без внимания? Внутридомовые сети и коммуникации трещат по швам, а депутаты от строительного бизнеса в первую очередь защищают свои тендерные интересы, – предостерегает Талгат Исмагамбетов.

Проблема распределения бюджетных средств особенно актуальна для регионов с развитой промышленностью и значительными потребностями в обновлении инфраструктуры. Например, в Атырауской и Мангистауской областях, несмотря на высокий экономический потенциал нефтегазовой отрасли, сохраняются вопросы, связанные с состоянием коммунальных сетей и дорожного хозяйства. При этом распределение налоговых поступлений и зависимость местных бюджетов от республиканских трансфертов влияют на возможности регионов самостоятельно финансировать необходимые проекты.

Дополнительные вопросы возникают и в связи с изменением подходов к управлению дорожным строительством. Усиление роли министерства транспорта может повлиять на распределение полномочий, однако практическая реализация проектов по-прежнему требует участия подрядных организаций на местах.

– Дорожное строительство технически привязано к местным условиям - технику и асфальт нерентабельно возить из других регионов. Центральные власти будут распределять трассы наверху, но региональные строительные кланы останутся ключевыми субподрядчиками. Полностью отсекать их нельзя: через них прокачиваются деньги и создаются рабочие места. Если региональные элиты полностью лишить финансового ресурса, возрастут риски социальной нестабильности, поэтому центр идет на компромисс, – резюмирует Максим Казначеев.

Центр и регионы: как найти баланс интересов?

Взаимоотношения центральной власти и регионов – одна из постоянных тем дискуссий о государственном управлении в Казахстане. С одной стороны, единые правила и контроль за расходованием бюджетных средств необходимы для реализации общенациональных программ. С другой – каждый регион имеет собственную экономическую структуру, особенности рынка труда и инфраструктурные потребности.

В этой системе заметную роль играет местный бизнес. Крупные предприятия, строительные компании, сельскохозяйственные производители и торговые организации обеспечивают занятость населения и участвуют в реализации региональных проектов. Поэтому при изменении механизмов финансирования и распределения государственных заказов важно учитывать не только бюджетную эффективность, но и возможные последствия для местной экономики.

Отдельный вопрос – взаимодействие государства с влиятельными региональными предпринимательскими группами. По мнению политологов, сложившиеся отношения между экономическими и управленческими структурами не всегда просто изменить.

– Примеры, когда региональные элиты выходили из-под контроля ранее были. И центральным органам власти приходилось применять серьёзный репрессивный аппарат, чтобы восстанавливать контроль над регионом. То есть приходилось вступать в передел собственности на региональном уровне. Приходилось давить местный криминалитет, который, как правило, тесно связан с региональными элитами. Такие факты в политической истории Казахстана были, – отмечает Максим Казначеев.

Кто будет строить дороги и осваивать бюджеты?

Передача дополнительных полномочий центральным государственным органам не означает, что все инфраструктурные работы будут выполняться непосредственно из столицы. Строительство дорог, коммунальных объектов и других сооружений требует техники, производственных мощностей, квалифицированных специалистов и знания местных условий.

Во многих регионах соответствующие ресурсы сосредоточены у действующих подрядных организаций. Их участие в государственных проектах само по себе не является проблемой. Гораздо важнее, насколько прозрачны конкурсные процедуры, обеспечивается ли конкуренция и как контролируется качество выполненных работ.

В этой связи возникает и вопрос о роли маслихатов. Депутаты могут представлять интересы различных профессиональных и социальных групп, включая предпринимательское сообщество. Однако при рассмотрении бюджетных и инфраструктурных вопросов принципиальное значение имеет соблюдение законодательства и предотвращение конфликта интересов.

Поэтому предстоящие выборы интересны не только с точки зрения обновления депутатского состава. Не менее важно, как избранные представители будут участвовать в обсуждении региональных программ и контроле за их реализацией.

Что могут изменить новые маслихаты?

Несмотря на критику в адрес местных представительных органов, политологи не считают, что от этого института следует отказываться. Напротив, вопрос заключается в том, как сделать его работу более заметной для граждан и повысить эффективность взаимодействия депутатов с населением.

– Игнорировать маслихаты и говорить, что они бесполезны - ошибка. Нам необходима децентрализация, чтобы уйти от „ловушки закрытых кабинетов“ в центре, которая порождает управленческие ошибки. Местные проблемы (ЖКХ, транспорт, экология) должны решаться на местах. Но для этого нужна бюджетная реформа и реальная политическая конкуренция, – уверен Замир Каражанов.

Предстоящие выборы 29 ноября вновь привлекут внимание к возможностям и полномочиям местных представительных органов. На фоне масштабных инфраструктурных программ и изменений в системе государственного управления значение решений, принимаемых на региональном уровне, будет только возрастать.

При этом для избирателей главным показателем эффективности маслихатов остаются вполне конкретные вещи: состояние дорог, работа коммунальных служб, благоустройство, транспорт и решение повседневных проблем. Именно по этим результатам граждане смогут судить, насколько эффективно работают избранные ими депутаты. А для самих маслихатов это возможность показать, что их роль не ограничивается участием в заседаниях и утверждением решений исполнительной власти – акиматов.

Вам будет интересно