Совсем недавно Ulysmedia.kz опубликовал материал «Спасибо, что живой: почему егерь из СКО ищет управу на браконьеров в СМИ» о жуткой ночи егеря Павла Тепенко из Северо-Казахстанской области.
Тогда его - в форме и при исполнении - волокли на багажнике пикапа пьяные браконьеры, среди которых оказались действующий майор полиции и директор лесхоза. Егерь предполагал, что дело попытаются замять: по его словам, всех отпустили по домам, а в ведомствах только разводили руками. Однако, как оказалось, наша публикация и последовавший за ней общественный резонанс сделали свое дело.
Почему профильное министерство экологии открыто вступилось за своего сотрудника, а следствие наконец-то прислушалось к показаниям потерпевшего, выяснял корреспондент Ulysmedia.kz.
Напомним, с чего все начиналось. В редакцию Ulysmedia.kz. обратился руководитель Жамбылского охотхозяйства Павел Тепенко, который рассказал, что в ночь с 25 на 26 сентября вместе с двумя егерями выехал в плановый рейд, но наткнулся на браконьеров. По его словам, прямо на глазах у егерей пассажиры пикапа Nissan Navara устроили настоящую охоту: догнали косулю, перебили ей ноги, а затем, подъехав вплотную, просто перерезали горло.
Когда же егери попытались остановить машину, водитель вдавил педаль газа в пол. Тепенко успел схватиться за багажник, и его волокли по черной пахоте почти сто метров. Он висел на одной руке, стучал по кабине, кричал и чудом не попал под колеса. Остановились браконьеры только тогда, когда им пригрозили стрелять по колесам.
Каково же было изумление, когда выяснилось, кто сидел в салоне: действующий майор полиции, директор лесхоза города Сергеевки и водитель акима. Все – пьяные и с оружием. В багажнике лежало корыто с мясом и два крошечных детеныша косули, а на земле осталась убитая самка. Егерь предоставил видео, на котором слышно, как ему предлагали лошадей, коров и деньги, лишь бы он молчал. Он отказался. Но, несмотря на все улики и задержание с поличным, браконьеров отпустили по домам, а на самого Павла завели дело о применении насилия. Именно тогда, поняв, что в одиночку эту систему не пробить, он обратился в прессу.
Впрочем, на наш официальный запрос в Департамент полиции Северо-Казахстанской области ответили в лучших бюрократических традициях. Мол, уголовное дело по факту незаконной охоты (ч. 3 ст. 337 УК РК) действительно возбуждено, трое косуль добыты, двое задержанных были пьяны. Но вот сотрудник полиции, который, по словам егеря, сидел в том самом пикапе с карабином, - находился в трудовом отпуске. То есть портупею снял, табельное сдал - и все, он теперь не майор, а просто случайный свидетель, чья «причастность к незаконной добыче животных на данном этапе не установлена». Служебное расследование, конечно, проводится. Но пока о его результатах говорить рано. Именно после этого ответа стало ясно: без огласки правды не добиться.
Пока местные полицейские пытались представить ночную охоту с участием действующего сотрудника как досадное недоразумение, в дело вмешалось профильное ведомство. Министерство экологии и природных ресурсов, куда мы направили официальный запрос, не стало отмалчиваться. Ведомство четко дало понять: егери - это их люди, и просто так спустить ситуацию на тормозах не позволит.
В официальном ответе, подписанном вице-министром Н. Шарбиевым, сухо, но весомо констатируется: факт незаконной охоты доказан, ущерб государству подсчитан. Три загубленные косули - та самая самка и два детеныша, найденные в багажнике, - обошлись казне не менее чем в 4 865 625 тенге. И этот иск теперь предъявят подозреваемым.
Более того, министерство подтвердило: действующий директор лесхоза города Сергеевки действительно находился среди задержанных. Правда, в ведомстве отметили, что вопрос о его отстранении от должности и степени вины будет решаться по итогам расследования. Впрочем, сам факт того, что руководство отрасли открыто встало на защиту своего сотрудника, а не попыталось замять инцидент, дорогого стоит.
Что касается загадочных лицензий, которые, по словам егеря, появились у браконьеров уже после задержания, в Минэкологии пообещали проверить их подлинность и правомерность выдачи. Особое внимание уделят срокам оформления документов. И это тот редкий случай, когда ведомственная проверка выглядит не как формальность, а как реальная попытка навести порядок.
Официальная поддержка и широкий общественный резонанс сделали свое дело. По словам Павла Тепенко, после выхода публикаций и репортажей ситуация вокруг его дела кардинально изменилась. Если поначалу егерю казалось, что он остался один на один с системой, то теперь его активно вызывают на допросы, а следствие проявляет неподдельный интерес к деталям той ночи.
- Начали нас вызывать, проводить следственные действия. Меня на место преступления возили, - поделился Павел.
Он отмечает: то, что в первую ночь, когда на место приехали десятки полицейских, казалось очевидным, теперь требует тщательной процессуальной фиксации. И самое главное - следствие наконец-то начало слушать его версию событий, а не только опираться на показания задержанных.
- Раньше было ощущение, что это никому не нужно. А сейчас работа идет, версии проверяются. И за это отдельное спасибо министерству экологии. Они не отвернулись, поддержали. Чувствуется, что мы не брошены, - с осторожным оптимизмом говорит Тепенко
Самые интересные метаморфозы, по словам егеря, произошли, когда следствие всерьез зацепилось за статью о применении насилия в отношении представителя власти. Вспомним: изначально россиянин - брат владельца машины - уверял, что это он сидел за рулем, а его родственник просто отдыхал на заднем сиденье.
- За рулем сидел тот, кто потом прощения просил. Хотя они все утверждают, что за рулем был россиянин. Но мы все втроем видели, кто за рулем, - рассказывает Тепенко.
Павел не раскрывает всех деталей следствия, чтобы не навредить делу, но отмечает: в ходе процессуальных действий нашлись вполне материальные доказательства, которые не оставили от удобной версии браконьеров камня на камне. Криминалистика оказалась сильнее слов. Очные ставки расставили все по местам, и теперь следствие точно знает, кто именно держал руль, когда егеря волокли по пахоте.
- Лед тронулся, - коротко резюмирует Павел.
Пока правоохранители меняют версии, а министерство считает миллионы, Павел Тепенко продолжает хромать. У него все так же болит рука и ноет колено. Ему еще предстоит долгое лечение и, возможно, не одна экспертиза. Но теперь у него появилось главное - уверенность, что его не оставят один на один с этой системой.
Огласка сработала как спусковой крючок. Может быть, потому, что «трудовой отпуск» майора - это все-таки не индульгенция от Уголовного кодекса. А может, потому, что Минэкологии вовремя напомнило всем, что егерь - это не мальчик для битья, а сотрудник, выполняющий свою работу.
Мы будем следить за развитием событий. Ведь если дело дошло до официальных исков на миллионы тенге и проверок лицензий, остается надеяться, что на этот раз оно дойдет до логического конца. И виновные - независимо от должностей, званий и «отпускных» статусов - ответят по всей строгости закона.