Накануне депутаты мажилиса выразили возмущение по поводу роста цен на услуги сотовых операторов и заявили, что с 2017 года мобильная связь выросла на 300 процентов. К примеру, Тилектес Адамбеков считает, что ее качество осталось тем же, что и 10 лет назад.
На публикацию Ulysmedia.kz отреагировал Нуркен Халыкберген - известный казахстанский эксперт в области телекоммуникаций, глава агентства Khalykbergen и ректор университета MIRAS. Он пытался разобраться - бурное обсуждение тарифов на связь - это забота депутатов об экономике или предвыборный популизм.
- Я не люблю популизм. Особенно в период, когда страна входит в электоральный цикл, а публичная политика начинает производить слишком много простых ответов на сложные вопросы. В такие моменты появляются громкие цифры, удобные заголовки и эмоциональные формулы. Они быстро расходятся по СМИ и социальным сетям. Они дают их авторам дешевую узнаваемость. Но для экономики, инвестиций и качества государственного управления -это опасная практика.
Для депутатов, министерств, регуляторов и любого эксперта, кто влияет на публичную повестку, стандарт доказательности должен быть выше, чем для частного комментария в Facebook. Нельзя просто бросать цифру в общество и рассчитывать, что ее эмоциональный эффект заменит методику.
В дискуссии о тарифах на мобильную связь прозвучала эффектная цифра - рост «до 300%». Звучит сильно. Но сама по себе эта цифра почти ничего не доказывает. Она не отвечает на базовые вопросы: какой именно тариф сравнивался, у какого оператора, за какой период, с каким объемом интернета, минут, SMS, дополнительными сервисами и условиями подключения.
Если из всего рынка взять один крайний пример, не показать базу сравнения и не раскрыть методику, можно получить почти любую цифру. С таким же успехом можно сказать: давайте сравним сегодняшние цены с 1997 годом и потребуем, чтобы доллар снова стоил 75 тенге. Формально это тоже будет «сравнение». Но экономическим анализом это не станет.
13 мая 2026 года в Мажилисе прозвучало, что с 2022 года тарифы операторов связи выросли от 20% до 90%, а у отдельных операторов - от 3% до 300%. Ключевое слово здесь - «отдельных». Это уже означает, что речь идет не о рынке в целом, а о частных случаях, которые нужно разбирать отдельно: тариф, дата, старые условия, новые условия, объем включенного интернета и фактическая стоимость единицы услуги. Без этого формула «до 300%» превращается не в факт, а в политический лозунг.
Министерство искусственного интеллекта и цифрового развития уже прокомментировало, что тезис о росте тарифов «до 300%» не отражает общую ситуацию на рынке. По данным госоргана со ссылкой на Бюро национальной статистики, услуги связи в январе 2026 года выросли на 6% к январю 2025 года и на 32% по сравнению с 2020 годом. При этом стоимость 1 ГБ за три года, по данным ведомства, снизилась на 15%, а потребление мобильного интернет-трафика выросло более чем на 70%.
Я понимаю, что все равно будут комментарии - что связь дорожает. И не отрицаю этого. Но давайте еще раз честно и объективно. Мобильная связь - это не простая услуга, которую можно произвести внутри страны с 0 от начала до конца. Это капиталоемкая технологическая инфраструктура. Нужно закупать и устанавливать базовые станции, серверы, сетевое оборудование, программные платформы, лицензии. Нужны частоты, каналы передачи данных, электроэнергия, аренда площадок, строительство, обслуживание и постоянная модернизация. И это все не достается бесплатно. И, к сожалению, тут не работает мечта рядового бизнеса - один раз потратился и зарабатываешь всю оставшуюся жизнь.
Ежегодно нужны затраты CAPEX - или капитальные затраты: инвестиции в сеть, оборудование, 4G, 5G, новые базовые станции и расширение покрытия. Мир не стоит на месте, меняются технологии, стандарты, форматы, расширения.
Ежемесячно нужны затраты OPEX - это операционные расходы: электричество, аренда, зарплаты, обслуживание, ремонт, логистика, сервисные контракты. Никто не будет делать это бесплатно. Никто не будет замораживать цены на уровне 2020 года.
При этом есть макроэкономика. Казахстан последние годы жил не в стерильных условиях. По данным Бюро национальной статистики, годовая инфляция только в 2025 году составила 12,3%, а тарифы на платные услуги выросли на 12%. В апреле 2026 года годовая инфляция составляла 10,6%. Это означает, что дорожали не только тарифы связи, а вся структура затрат в экономике.
Вспомним курс доллара. Телеком-оборудование, программные решения и значительная часть технологий закупаются не по внутренней казахстанской себестоимости. Они завязаны на валюту, логистику, глобальный рынок электроники и стоимость капитала.
Национальный банк публикует средние официальные курсы валют по годам, и сама динамика тенге за последние годы показывает очевидное: импортная технологическая инфраструктура не могла оставаться в ценах прошлого десятилетия. Поэтому вопрос нужно ставить иначе. Не «почему тарифы вообще выросли?», а «соответствует ли рост тарифов росту затрат, росту потребления, инвестициям в сеть и качеству услуги?»
Абонент имеет полное право задавать вопрос: почему я плачу больше и получаю ли я за эти деньги лучшее качество? Вопрос качества связи, покрытия, прозрачности тарифов и социальных пакетов абсолютно легитимен. И вот здесь уже появляется предмет для профессионального контроля.
Публичные данные Kcell показывают, что телеком - это не бизнес, где можно просто поднять цену и ничего не делать. По итогам 2025 года компания сообщила, что мобильный дата-трафик вырос на 66,6% и достиг 1 439 ПБ, среднее потребление на пользователя выросло до 21,5 ГБ в месяц, ARPU - (сколько в среднем один клиент приносит компании связи) составил 1 834 тенге и увеличился всего на 0,8%. Компания также указала, что капитальные затраты в 2025 году превысили 100 млрд тенге, а 5G-сеть достигла 1 762 базовых станций. Это не похоже на картину, где оператор просто «поднимает цены в разы» без изменения нагрузки и без инвестиций.
По Beeline Kazakhstan - важно учитывать контекст: компания раскрывается в составе международной группы VEON, и не все показатели доступны в том же формате, что у Kcell. Но публичные материалы VEON показывают масштаб оператора: клиентская база Beeline Kazakhstan составляет 11,8 млн мобильных клиентов, а объем мобильного дата-трафика измеряется миллионами терабайт. То есть речь идет не о торговле воздухом, а о постоянно растущей инфраструктурной нагрузке.
Абонент может видеть, что его месячный пакет стал дороже. Это может быть правдой. Но если в этом пакете стало больше интернета, выше скорость, больше цифровых сервисов, больше нагрузка на сеть и выше требования к покрытию, то простое сравнение «было - стало» уже недостаточно. Оно должно быть сопоставимым.
Я понимаю, что тема тарифов чувствительна. Связь стала базовой услугой. Без интернета сегодня невозможно нормально учиться, работать, вести бизнес, получать госуслуги, оплачивать счета, общаться с банками, врачами, школами и государством. Поэтому общество вправе требовать от операторов качества, прозрачности и честной тарифной политики.
Но именно потому, что связь стала базовой инфраструктурой, обсуждать ее надо профессионально. Не как повод для предвыборной риторики, а как вопрос национальной инфраструктуры.
Скоро выборы. В такой период всегда возникает соблазн говорить то, что легко превращается в заголовок. Но стране нужны не люди, которые громче всех обвиняют. Стране нужны люди, которые умеют проверять, считать, сравнивать и отвечать за последствия своих слов.
Популизм в регулировании бьет не только по бизнесу. Он бьет по гражданам. Если под давлением громких, но методологически слабых заявлений принять плохие решения, можно получить предсказуемый результат: меньше инвестиций, хуже качество сети, медленнее развитие 5G, больше «белых пятен», слабее интернет в селах и меньше доверия со стороны инвесторов. И тогда проиграет не оператор. Проиграем все мы - потребители.
Если мы хотим честного разговора, нужно смотреть на несколько показателей одновременно: динамику абонентской платы, стоимость 1 ГБ, объем включенных услуг, рост потребления трафика, CAPEX, OPEX, покрытие, качество связи, социальные тарифы, уровень конкуренции и эффективность антимонопольного контроля. Вот это - профессиональная повестка.
А цифра «до 300%» без раскрытой методики - это не анализ. Это удобная политическая фраза. Она может хорошо работать в заголовке, но плохо работает в экономике. И совсем плохо - в государственном управлении.