В распоряжении Ulysmedia.kz оказалcя любопытный документ - аналитическая справка о выявленных коррупционных рисках в сфере финансирования науки. Анализ объемный, детальный и опирается не на общие оценки, а на конкретные эпизоды, суммы, даты, фамилии и технические данные. Однако содержание вызывает больше вопросов, чем ответов.
Первое, что бросается в глаза - в справке указано, что еще на этапе формирования конкурсной документации по программно-целевому финансированию (ПЦФ) создавались неконкурентные условия. Так, текст конкурсного задания № 81 был заимствован из научных работ КазНУ им. аль-Фараби. Общая сумма финансирования по этому заданию составила 497 млн тенге. Аналогичный факт выявлен по заданию № 30 с предельной суммой 350 млн тенге. В документе отмечается, что эти примеры ни что иное, как свидетельство о лоббировании интересов конкретных заявителей еще до начала конкурса.
По программно-целевому финансированию на 2023–2025 годы 3 августа 2023 года было подано 240 заявок. Национальный центр государственной научно-технической экспертизы (НЦГНТЭ) официально отклонил 71 заявку. Однако, как следует из справки, руководство центра самостоятельно исключило из списка 7 проектов, не соответствующих критерию «ожидаемые результаты». Списки отклоненных заявок менялись дважды. Но в итоге эти 7 проектов на сумму 7,5 млрд тенге были допущены к экспертизе.
Отдельно зафиксировано, что сотрудники НЦГНТЭ Шайкамал Г.И. и Болатова Д.К. после формальной проверки направили на экспертизу 45 заявок, не отвечавших требованиям конкурса. Эти факты есть в акте служебного расследования от 26 января 2023 года.
В справке также приводятся данные о вмешательстве координаторов НЦГНТЭ Пернебая А. и Ли А. в процесс экспертизы. В их телефонах обнаружена переписка с зарубежными экспертами с просьбами увеличить баллы по конкретным заявкам (21 октября 2022 года).
Отдельный блок посвящен входу в систему экспертизы с одних и тех же IP-адресов. Так, эксперты Velesco Serge (Германия) и Панзабекова А. (Казахстан) заходили в систему с одного IP-адреса в Германии и выставили высокие баллы (33 и 31) по проекту Нарбаева Т. В тот же период Панзабекова сама участвовала в конкурсе как руководитель проекта, а по ее заявке экспертизу проводили аффилированные лица. Все входы также осуществлялись с одного IP-адреса в Германии, при том что эксперты за границу не выезжали. 12 июня 2022 года с одного IP-адреса (Германия, Митвайда) заходили сразу несколько экспертов, включая зарубежных и казахстанских. В справке высказывается предположение, что экспертные заключения могли заполняться одним лицом.
Согласно документу, в информационной системе is.ncste.kz отсутствуют экспертные заключения по 29 проектам ПЦФ на общую сумму 23,8 млрд тенге. Среди них - 5 заявок с баллами ниже порогового значения (менее 25), которые не должны были получить финансирование. Однако в протоколах заседаний Национального научного совета (ННС) по этим проектам указаны более высокие баллы, и финансирование было одобрено. Общая сумма по этим пяти проектам - 1,8 млрд тенге.
По еще 17 проектам на 18,3 млрд тенге экспертные материалы не представлены вовсе.
В справке есть и другие многочисленные примеры сомнительных выплат. Директор ТОО «Институт сейсмологии» получил 11 млн тенге за написание «введения и заключения» объемом 7 страниц. За аналогичные разделы были оплачены работы еще 11 лицам. Антиплагиат показал заимствование 31,4%.
В этом же институте 43 млн тенге были выплачены 76 работникам в виде поощрительных выплат за период, не охваченный договором ПЦФ.
В Институте истории и этнологии им. Ч. Валиханова за документационное сопровождение проектов сотрудники кадровой службы получили суммарно 20 млн тенге по договорам ГПХ, при том, что эти функции входили в их должностные обязанности.
В Институте математики и математического моделирования за три года закуплено 60 беспроводных наушников AirPods на 8,9 млн тенге, 322 единицы компьютерной техники на 241,4 млн тенге, включая 50 MacBook на 54,5 млн тенге. При этом ежегодно списывалось от 36 до 51 компьютера, несмотря на наличие более 200 современных ПК и 79 ноутбуков.
За последние 8 лет одобрено 239 договоров на 56 млрд тенге. При этом 89,6% завершенных проектов на сумму 28,1 млрд тенге не достигли заявленных целей.
Отдельный пример - финансирование разработки IT-программы для мониторинга СМИ: государство выделило 945 млн тенге, тогда как фактический разработчик выполнил работы за 91,5 млн тенге. Аналогичные решения на рынке стоят до 4 млн тенге в год.
Аналитическая справка фиксирует факты, суммы и механизмы, но не содержит информации о правовой оценке выявленных нарушений. Возникают вопросы - были ли возбуждены уголовные или административные дела, привлечены ли конкретные лица к ответственности и возвращены ли средства в бюджет.
При этом масштаб зафиксированных эпизодов - от вмешательства в экспертизу до искажения данных в информационных системах - поднимает вопрос не только о частных нарушениях, но и о системной устойчивости всей модели финансирования науки. Ответы на эти вопросы, как следует из самой справки, остаются за пределами документа и, по-прежнему, в зоне ответственности государственных органов.