В Казахстане на школьное питание выделяют десятки и сотни миллионов тенге. Одни компании выигрывают конкурсы, с другими заключают договоры напрямую. При этом проверяющие выявляют нарушения санитарных требований, а дети продолжают попадать в больницы с кишечными инфекциями. Ulysmedia.kz изучил данные Минздрава, прокуратуры и договоры на портале госзакупок, чтобы разобраться, сколько стоит школьное питание, как выбирают поставщиков и кто отвечает за безопасность еды.
Вспышка кишечной инфекции произошла в Республиканской физико-математической школе Алматы - 14 октября заболели 48 человек, в том числе 36 детей младше 14 лет. Всех госпитализировали.
Санитарные врачи проверили пищеблок ТОО «Master Food» и обнаружили нарушения при хранении продуктов, отборе суточных проб готовых блюд и организации питания. Часть молочной продукции изъяли из-за отсутствия необходимых сопроводительных документов. Работу школы и столовой приостановили, материалы направили в правоохранительные органы.
Этот случай произошёл спустя год после введения нового стандарта школьного питания и на фоне усиления государственного контроля. Однако проблема касается не только санитарии. Не менее важный вопрос – как школы выбирают компании, которым доверяют приготовление еды для детей, и сколько бюджетных денег получают эти поставщики.
По официальным данным Минздрава, за первое полугодие 2025-го в организациях образования зарегистрировали восемь случаев пищевых отравлений, пострадали 118 детей.
За аналогичный период 2026-го – два случая и 13 пострадавших детей. Количество зарегистрированных случаев сократилось в четыре раза, а пострадавших – примерно в девять раз.
Вместе с тем результаты санитарного контроля показывают масштаб проблем в образовательных учреждениях. В июне специалисты промониторили 7 121 школу, или 99% от их общего количества. Проверки затронули 6 338 школьных пищеблоков – 95% всех объектов.
С февраля 2026 года в Казахстане действует особый порядок контроля бюджетных объектов с пребыванием детей. Он позволяет проводить мониторинг с посещением и внезапные проверки без предварительного предупреждения.
Мы изучили опубликованные сведения о закупках услуг школьного питания в этом году.
К примеру, один договоров заключили 8 января. Его стоимость – 157 335 345 тенге. Деньги предназначены для организации питания учеников начальных классов и детей из малообеспеченных семей.
В карточке закупки указан способ выбора поставщика: «Из одного источника путём прямого заключения договора по питанию обучающихся».
То есть договор заключили без обычного открытого конкурса. На момент последнего опубликованного изменения фактическая сумма договора составляла 52,9 млн тенге. Сам договор действует до 31 декабря 2026 года.
Прямое заключение договора на школьное питание предусмотрено законодательством в определённых случаях и само по себе не означает нарушения. Однако при таком способе особенно важно понимать, почему заказчик выбрал конкретного поставщика, какие требования к нему предъявлял и как проверял исполнение договора.
В ранее найденной выборке из шести договоров на 2026 год общая стоимость закупок составила около 302,3 млн тенге. Три договора примерно на 210,7 млн тенге были заключены напрямую. Это почти 70% суммы выборки, но не доля прямых договоров по всему Казахстану.
Нарушения при выборе поставщиков уже становились предметом прокурорских проверок.
В школе имени Сакена Сейфуллина в посёлке Бурабай Акмолинской области поставщик выиграл конкурс, представив недостоверные сведения о сотрудниках. В заявке компания указала поваров, официантов и других работников, которые фактически у неё не работали. После победы поставщик передал обязанности по организации питания третьему лицу, не имевшему соответствующих полномочий.
Администрация школы допустила исполнителя без надлежащей проверки его квалификации.
По итогам прокурорского вмешательства договор расторгли, директора школы освободили от должности, членов конкурсной комиссии и сотрудника районного отдела образования привлекли к дисциплинарной ответственности. Прокуратура также обратилась в суд с иском о признании поставщика недобросовестным участником закупок.
Этот случай показывает, что даже проведение конкурса не исключает риска появления на школьной кухне людей, квалификацию которых фактически не проверили.
В результате формальный победитель и реальный исполнитель договора могут оказаться разными лицами. А значит, возникает вопрос, насколько эффективно школы контролируют не только конкурсные документы, но и фактическую работу поставщика после заключения договора.
Один из самых громких случаев произошёл в сентябре 2024 года в школе № 8 Мунайлинского района Мангистауской области.
После массового заболевания медики осмотрели 460 детей. Из них 83 попали в областную детскую инфекционную больницу, двое - в реанимацию. Полиция возбудила уголовное дело по статье 304 УК РК – нарушение санитарных правил или гигиенических нормативов.
После этого в регионе провели масштабную проверку школьного питания. Её результаты оказались плачевными: из 66 проверенных школьных пищеблоков нарушения выявили в 65.
По данным Минздрава, проверяющие обнаружили просроченные продукты, отсутствие необходимых документов, проблемы с горячим водоснабжением, сотрудников без медицинских осмотров и нарушения санитарного режима.
В отдельных случаях выявили носителей дизентерии и стафилококка. Кишечные бактерии обнаружили в 7,2% взятых смывов. По результатам проверок наложили 57 штрафов на общую сумму более 18 млн тенге, выдали 60 предписаний и отстранили от работы 62 сотрудников.
Стоимость питания отличается в зависимости от региона, условий договора и предусмотренного рациона.
В Павлодарской области прокуратура выявила нарушения при расчёте финансирования школьных обедов. Предпринимателям, являвшимся плательщиками НДС, перечисляли 402 тенге вместо положенных на тот момент 450 тенге за ученика.
В Северо-Казахстанской области обнаружили аналогичную проблему: вместо 647 тенге поставщикам выплачивали 614 тенге. После прокурорского вмешательства финансирование шести предпринимателей увеличили на 5,6 млн тенге.
Эти суммы относятся к разным периодам и договорам, поэтому не показывают единую стоимость школьного обеда по стране. Однако они демонстрируют, насколько важен правильный расчёт финансирования. Ведь из стоимости услуги необходимо оплачивать закупку продуктов, труд персонала, коммунальные и другие расходы. Сколько именно остаётся поставщику после всех затрат, по одной сумме государственного договора определить невозможно.
С сентября 2025 года в Казахстане действует новый стандарт питания для школ, детских садов, колледжей и оздоровительных лагерей.
Он предусматривает сокращение содержания сахара в 3,6 раза, соли – в пять раз, увеличение доли овощей, фруктов и молочной продукции. Из меню исключили колбасные изделия, копчёности и ряд других продуктов.
Кроме того, ввели так называемый индекс несъедаемости – показатель, который позволяет оценивать, сколько приготовленной еды дети оставляют на тарелках. Если блюдо регулярно не съедают, его можно заменить другим, сопоставимым по питательной ценности.
Школы должны не только утверждать меню, но и обеспечивать соблюдение технологии приготовления, качество продуктов и безопасность персонала. Причём контроль необходим до возникновения чрезвычайной ситуации, а не только после госпитализации детей.
В Бурабае поставщик победил в конкурсе, представив недостоверные сведения о работниках. В Сырымском районе прокуратура остановила закупки из-за нарушений в меню. В Мангистауской области после массового заболевания детей санитарные нарушения обнаружили практически во всех школьных столовых.
А в октябре 2026 года в одной из известных школ Алматы вновь произошла вспышка кишечной инфекции, после которой контролирующие органы выявили нарушения в пищеблоке.
При этом государственные расходы на организацию питания исчисляются миллионами тенге на одну школу. В отдельных случаях договоры заключают напрямую, без обычной конкурентной процедуры. Закон допускает такой способ, но вопрос контроля за качеством услуг от этого не становится менее важным.
Сокращение числа зарегистрированных отравлений – положительный показатель. Но тысячи предписаний, нарушения при выборе поставщиков и новые случаи заболеваний показывают, что одной реформы меню недостаточно.
Государство оплачивает питание детей, школы организуют процесс, предприниматели получают контракты. А безопасность обеда зависит от того, насколько добросовестно каждый из них выполняет свою часть работы.
Именно это остаётся главным вопросом: не сколько денег выделили на школьное питание, а насколько эффективно они превращаются в качественную и безопасную еду для детей.