Замечание госсекретаря США Марко Рубио о русском языке в Узбекистане могло быть вовсе не случайным. Казахстанский политолог Газиз Абишев объяснил, почему американский дипломат поднял языковой вопрос во время визита в Самарканд и какую роль здесь могут играть интересы Вашингтона, сообщает Ulysmedia.kz.
По мнению Газиза Абишева, вряд ли Марко Рубио действительно смущает то, что жители других стран используют несколько языков.
– Он сам, выступая на брифингах в Государственном департаменте США, не воротит нос от неофициальных языков. Подробно отвечает на вопросы на испанском языке, которым владеет в совершенстве, – напоминает он.
Политолог предлагает посмотреть на ситуацию шире. Перед поездкой Рубио в Центральную Азию Вашингтон определил свои интересы в регионе. Среди них, по оценке Абишева, доступ американского бизнеса к природным ресурсам, борьба с религиозным экстремизмом и ослабление влияния России и Китая.
Политолог предполагает, что американские дипломаты заранее подготовили для госсекретаря материалы о ситуации в пяти центральноазиатских странах. В них могли быть отражены и чувствительные для региона вопросы.
Газиз Абишев обращает внимание на еще одну особенность американского госсекретаря.
– Ну а в деле исполнения Рубио политик опытный, в электоральной системе США выживают только настоящие волки, умеющие выцеживать ровно столько слов, сколько нужно. Правильно построенная фраза - минимальные риски - максимальный эффект.
Не исключено, что замечание о статусе русского языка могло быть продуманным дипломатическим сигналом.
Во время визита в Узбекистан Марко Рубио поинтересовался у местного журналиста, говорит ли тот на узбекском языке. Услышав, что журналист предпочитает русский, госсекретарь обратил внимание на статус языков в стране.
– Вы говорите на местном языке, узбекском? Что это, русский язык? Ну хорошо. Это больше не официальный язык здесь, но это хорошо, что многие люди говорят на нем здесь, – сказал Рубио.
Узбекский язык является единственным государственным языком Узбекистана.
Рубио прибыл в Самарканд 18 октября. На следующий день он участвовал во встрече министров иностранных дел в формате «С5+1», где представители США и пяти стран Центральной Азии обсуждали вопросы региональной безопасности.