Почему казахстанцев начали делить на богатых и бедных? Кто рискует лишиться государственных пособий с 2027 года? Как удалось вернуть молодых казахстанцев с войны в Украине? Почему родственник президента передал спортивный университет государству? И какой неожиданный поворот произошёл в суде над Санжаром Бокаевым?
В новом выпуске программы «Ұлыс апта» главный редактор Ulysmedia.kz Самал Ибраева анализирует ключевые события недели, решения правительства, политические процессы и их последствия для Казахстана.
Правительство Казахстана готовится к масштабной реформе социальной поддержки. С 2027 года граждан будут распределять по пяти категориям благосостояния — от наиболее обеспеченных до социально уязвимых.
Семьи, признанные состоятельными, могут лишиться ряда государственных пособий, в том числе выплат при рождении ребёнка и отдельных видов социальной помощи.
Но кто в Казахстане считается богатым? Почему семьи с ипотекой, кредитами и обычными зарплатами оказались в категории состоятельных? Почему запущенный Министерством труда калькулятор благосостояния уже на следующий день стал недоступен большинству граждан?
Разбираемся, как работает Цифровая карта семьи, какие данные государство намерено получать из банков и почему реформа вызывает вопросы о социальной справедливости и конституционных правах граждан.
Особый резонанс вызвало заявление главы Государственного фонда социального страхования Алмаса Курманова, который в ходе обсуждения социальных выплат привёл в пример Африку, отметив, что там женщины рожают без пособий.
Отдельно анализируем, каким образом правительство получило полномочия менять правила назначения пособий и почему эти решения могут стать предметом рассмотрения Конституционного суда.
Главный вопрос: государство действительно помогает нуждающимся или сокращает свои социальные обязательства перед гражданами?
Двенадцать молодых казахстанцев, оказавшихся на войне в Украине после поездки в Россию на заработки, вернулись домой.
За их возвращение боролись родители, юристы, журналисты и дипломаты. Истории этих молодых людей вызвали широкий общественный резонанс.
Как проходили переговоры? Какую роль сыграли государственные органы Казахстана? Почему возвращение молодых людей совпало по времени с освобождением российского рэпера Navai, задержанного в Казахстане?
Обсуждаем дипломатическую сторону этой истории, отделяя подтверждённые факты от политических предположений.
Но остаются другие вопросы. Что будет с казахстанцами, которые всё ещё находятся на войне? И грозит ли уголовная ответственность тем, кто утверждает, что оказался на фронте в результате обмана или принуждения?
23-летний Нурасыл Медеу, родственник президента, который приходится сыном депутата Курылтай Даны Медеуовой, объявил о безвозмездной передаче Казахского национального университета спорта государству.
Решение последовало после общественного обсуждения структуры собственности университета и его использования государственной инфраструктуры.
Почему частный университет, 95% которого принадлежали молодому предпринимателю, работал в комплексе, построенном за бюджетные средства? Какую роль в общественной реакции сыграло интервью Медеу? И почему решение о передаче вуза государству было принято именно сейчас?
Анализируем политический и репутационный контекст этой истории, достижения университета и вопросы, которые остаются без ответа.
В Алматы продолжается судебный процесс над общественным деятелем Санжаром Бокаевым.
На этой неделе один из подсудимых, его бывший мобилограф Улан Нусипкожа, изменил позицию, признал вину и заявил о готовности дать показания, касающиеся других фигурантов дела.
Почему он отказался от прежнего адвоката? Что означает изменение его позиции для обвинения и защиты? Какие обстоятельства судебного процесса вызывают вопросы у правозащитников?
Разбираем предъявленные обвинения, позиции сторон и возможные последствия нового поворота в деле. Окончательные выводы о виновности может сделать только суд.
Казахстан официально поддержал кандидатуру Ланы Нусейбе из ОАЭ на пост Генерального секретаря ООН.
Каковы её шансы возглавить международную организацию? Почему выборы нового генсека оказались в тупике? И означает ли поддержка Астаной другого кандидата завершение обсуждений возможного выдвижения Касым-Жомарта Токаева?
Рассматриваем дипломатический контекст и возможные политические последствия этого решения.