Летние лагеря становятся пугающими квестами по саунам, бесплатные авиабилеты превращаются в бесконечную бюрократию, а финансовая поддержка матерей и детей вызывает смех сквозь слёзы из-за мизерных выплат. В день защиты детей корреспондент Ulysmedia.kz разбиралась, почему многообещающие инициативы государства в Казахстане упираются в старые проблемы.
В Казахстане, по данным министерства просвещения, около 6,8 млн детей - это практически треть населения. Правительство запускает новые программы, ведомства отчитываются о миллионах детей, охваченных кружками, секциями, лагерями и социальными инициативами. Формально картина выглядит красиво, но разрыв между отчётами и реальностью настораживает. Очень ярко это проявляется в вопросах детского летнего отдыха.
Один из самых громких скандалов развернулся в 2023 – 2024 годах. Всё началось летом 2023 года, когда в соцсетях распространили видео о том, как в детском лагере работает сауна, спят они на полу, а рядом ходят полуголые мужчины. Такой лагерь работал в окрестностях Алматы.
Видео вызвало большой резонанс, Генпрокуратура пообещала проверить все летние лагеря в стране. Случай с детьми в сауне расследовал Антикор. В конце года арестовали главу отдела госзакупок алматинского управления образования по подозрению в получении взятки.
Это летнее происшествие стало символом провала системы контроля за государственными закупками услуг детского отдыха. Но оно было далеко не единственным. Позже главный государственный санитарный врач Казахстана рассказала, что 80% летних лагерей не проверяли на соблюдения сан-эпидстандартов с 2020 года.
Генпрокуратура озвучила первые результаты проверок в Алматинской области и оказалось, что помимо нарушений санитарных норм в лагерях использовали опасные игровые площадки, а директор одного из лагерей вообще пьянствовал на работе.
Начались тотальные проверки и обнаружились массовые нарушения в детских лагерях в Шымкенте, Акмолинской, Костанайской областях и других регионах. Там были и несоблюдение санитарных норм, и переполнение лагерей, и нарушения противопожарной безопасности.
В 2024 году суд вынес решение по случаю лагеря с сауной, главу отдела госзакупок алматинского управления образования приговорили к шести годам лишения свободы, его сотрудницу – к пяти годам.
После этих скандалов усилили требования к детским лагерям, разработали и внедрили новые правила и стандарты. Но искоренить нарушения это не помогло.
В 2025 году сенатор Талгат Жунусов в депутатском запросе вновь отметил системные проблемы в организации школьных лагерей. Среди претензий был демпинг при госзакупках, экономия на безопасности детей, нехватка медицинского сопровождения и слабый контроль качества услуг. По словам депутата, нередко победителем тендера становится не тот, кто способен обеспечить качественный отдых, а тот, кто предлагает минимальную цену.
Программа бесплатных авиабилетов для детей в Казахстане под названием Kids Go Free была задумана как механизм поддержки внутреннего семейного туризма. Придумали программу еще в 2021 году в тогдашнем министерстве культуры и спорта. В законодательство внесли поправки, и с 1 января 2022 года Kids Go Free начала официально работать.
Суть программы в том, что государство компенсирует стоимость авиабилета ребёнка (от 2 до 17 лет), если семья покупает турпакет по Казахстану через лицензированного туроператора. Но есть несколько важных условий: ребёнок должен лететь только по Казахстану, поездка оформляется только через лицензированного туроператора, билет предоставляется в составе турпакета с проживанием, ребёнок должен путешествовать с близкими родственниками.
Формально билет сначала оплачивает туроператор, а затем получает компенсацию от государства через механизм субсидирования. Чаще всего использовались внутренние рейсы крупнейших перевозчиков страны – Air Astana, FlyArystan, SCAT Airlines.
Несмотря на позитивную идею, программа с самого начала столкнулась с критикой. Оказалось, что билет не совсем «бесплатный». Казахстанцы ожидали, что смогут просто получить льготный билет на рейс для ребенка. Но на практике программа работает только при покупке полного турпакета через туроператора. Из-за этого часть семей фактически не могла воспользоваться льготой.
Туристический бизнес опасался, что государство будет задерживать компенсации или что выделенных средств окажется недостаточно. Туроператоры должны были сначала оплатить перелет ребенка из собственных средств и только потом получать возмещение.
Для получения компенсации требовался большой пакет документов. Представители отрасли жаловались на сложную процедуру оформления и отчетности.
Кроме того, программу критиковали за то, что она не распространяется на самостоятельных путешественников, поездки к родственникам или обычную покупку авиабилетов. Помощь получают только те семьи, которые покупают организованный турпродукт.
В первые месяцы после запуска многие туристы и даже представители турбизнеса плохо понимали механизм работы программы. Это привело к слабому спросу на старте и многочисленным разъяснениям со стороны государства.
По состоянию на 2025–2026 годы программа продолжает действовать.
Система поддержки матерей в Казахстане сложная и многокомпонентная. Есть единовременное пособие, ежемесячные выплаты по уходу за ребёнком, а также социальные выплаты для официально работающих родителей через Государственный фонд социального страхования (ГФСС).
По данным на 2026 год единовременное пособие по рождению ребёнка (независимо от трудоустройства родителей и доходов семьи) на первого, второго и третьего новорожденного составляет 164 350 тенге (38 МРП). На четвёртого и всех последующих детей – 272 475 тенге (63 МРП).
Для неработающих родителей предусмотрено ежемесячное пособие по уходу за ребенком до 1,5 лет. На первого ребёнка – 5,76 МРП или 24 912 тенге, на второго – 6,81 МРП или 29 453 тенге, на третьего – 7,85 МРП или 33 951 тенге, на четвёртого и всех последующих детей – ежемесячно 8,90 МРП или 38 493 тенге
Для работающих женщин предусмотрены декретные выплаты, которые зависят от размера официальной зарплаты.
Первая выплата – единовременная из ГФСС как компенсация зарплаты за дни временной нетрудоспособности после родов. Сумма выплаты вычисляется из среднего дохода (официальной зарплаты) и коэффициента дней нетрудоспособности в зависимости от сложности родов. «Потолок» дохода для расчёта выплаты – семь МЗП или 595 000 тенге. Даже если средний заработок женщины превышает эту сумму, единовременная выплата будет рассчитываться только из 7 МЗП.
В январе 2026 года средний размер такой выплаты составил около 1,16 млн тенге.
Вторая выплата – ежемесячная выплата по уходу за ребенком до 1,5 лет. Также выплачивается из Государственного фонда социального страхования (ГФСС) до достижения ребенком возраста полутора лет. Ежемесячная выплата составляет 40% от среднемесячного дохода за последние два года. Аналогично декретным, учитывается только доход в пределах до 7 МЗП, то есть, ежемесячная выплата не будет превышать 40% от 7 МЗП или 168 000 тенге. В начале 2026 года средний размер такой выплаты составлял около 78 тыс. тенге в месяц.
Из этих расчётов можно увидеть, что суммы выплат слишком малы в сравнении с реальными расходами. Даже максимальное пособие по уходу за ребенком для неработающих родителей – около 38 тысяч тенге в месяц покрывает лишь небольшую часть затрат на питание, подгузники, лекарства и другие базовые нужды ребенка. Дискуссии о размере пособий идут несколько лет.
Размеры выплат усиливают неравенство в обеспечении между работающими и неработающими матерями. Разница в выплатах может быть огромной. Женщина с высокой официальной зарплатой получит более миллиона тенге единовременно, а затем еще более 100 тыс. тенге ежемесячно. А неработающая мать – пособие менее 40 тысяч тенге в месяц. Получается, что государство создаёт условия для рождения детей только женщинам, работающим на высокооплачиваемых должностях, и тем, кто не работает и живёт в семье с очень высокими доходами. Но первым чаще всего некогда рожать, а вторых в стране мало. То есть, такая поддержка рождаемости изначально обречена на провал.
Кроме того, проблемы создают «серые» зарплаты. Когда женщина часть оклада получает «в конверте», то декретные для неё оказываются значительно ниже ожидаемых. А поскольку для получения полноценных выплат необходимо регулярно участвовать в системе социального страхования, женщины, работающие неофициально, на фрилансе или с нерегулярными доходами, оказываются в менее выгодном положении по сравнению с официально трудоустроенными.
Еще одна постоянная претензия к системе поддержки матерей – то, что выплаты заканчиваются относительно рано. Многие родители указывают, что устроить ребенка в государственный детский сад до 2–3 лет бывает сложно, а пособие прекращается уже в 1,5 года. В результате семья может остаться без части доходов задолго до того, как один из родителей сможет полноценно вернуться на работу.
Критику вызвал и введённый в прошлом году Министерством труда и социальной защиты населения лимит в 7 МЗП, ограничивающий сумму, с которой начисляются декретные. Это ограничение вызвало шквал возмущения у казахстанок, которые работали на двух-трёх работах, за них отчисляли социальные выплаты, но получить декретные, компенсирующие потерянный высокий доход, они теперь не смогут.
Так называют критики выплаты по программе «Нацфонд – детям». Эту программу в 2022 году инициировал президент Касым-Жомарт Токаев. Она вступила в силу с 1 января 2024 года. Суть программы в том, чтобы распределять между всеми несовершеннолетними казахстанцами 50% от ежегодного инвестиционного дохода Национального фонда.
По итогам 2026 года каждому ребёнку будет начислено по $130,71, а суммарные накопления участников за три года достигнут около 370 долларов на человека.
Однако вокруг программы с самого начала возникли проблемы и поводы для критики. И первый из них – слишком маленькие выплаты.
В первый год дети получили по 100,52 доллара, затем по 129,38 доллара и по 130,71 доллара. Критики указывают на то, что программа носит скорее символический характер, поскольку стоимость обучения в вузах и тем более жилья значительно превышает размер накоплений даже за три года. При этом по правилам деньги из Нацфонда можно использовать только на две указанные цели – получение образования и улучшение жилищных условий. Нельзя снять средства наличными или использовать на другие нужды семьи.
Для части граждан это выглядит чрезмерно жестким ограничением, особенно в случаях, когда семье требуются деньги на лечение, переезд или в связи с другими жизненными обстоятельствами.
После запуска программы многие родители жаловались, что не видят начисления в приложениях банков и государственных сервисах. В 2025 году ЕНПФ пришлось отдельно объяснять, почему информация может исчезать из личных кабинетов. В частности, после достижения 18 лет данные начинают отображаться уже в аккаунте самого получателя, а не его родителей. Также требовалось обновлять цифровые документы через eGov и банковские приложения. Это вызвало путаницу и опасения, что накопления якобы пропали.
Кроме того, размер выплат напрямую зависит от доходности Нацфонда. И если она будет слабой, значит и начисления детям сократятся. То есть, деньги, которые начисляются на счета детей, зависят от состояния активов Нацфонда и работы тех, кто ими управляет.
Для поддержки и развития детей, их досуга и создания условий для учёбы в Казахстане принимается много интересных и прогрессивных программ. Новая концепция «Дети Казахстана», «Комфортные школы», программы поддержки массового спорта и детского творчества и множество других инициатив на старте выглядят многообещающе.
Но проблема заключается в эффективности системы на местах, где большинство трудностей возникает уже после принятия программ и стратегий. О том, чего стоили годы школьных реформ, Ulysmedia.kz писали в отдельном материале.
Остаётся главный вопрос – смогут ли когда-нибудь миллионы казахстанских детей почувствовать эффект этих реформ не в статистических отчётах, а в собственной жизни, – в безопасной школе, доступной спортивной секции, качественном летнем лагере и уверенности, что их права действительно защищены?
