63% казахстанского бизнеса не ведут реальной деятельности. Об этом объявила председатель Ассоциации финансистов Казахстана Елена Бахмутова на правительственном часе в сенате, посвящённом финансовому стимулированию экономики, сообщает Ulysmedia.kz.
Как подчеркнула глава АФК, чтобы достичь амбициозных целей по росту ВВП, нужно понять, какова на самом деле структура бизнеса. Для начала — выяснить, кому помощь ещё нужна, а кого уже не спасти.
— На 1 марта 2026 года в стране было зарегистрировано более 550 тыс. юридических лиц. На первый взгляд, цифра впечатляющая. Однако детальный анализ показывает серьёзный структурный дисбаланс. Из общего числа предприятий действующими считаются 80%, но реально активны лишь 37%. Это около 203 тысяч, — подчеркнула Елена Бахмутова.
В горнодобывающей отрасли и строительстве, которые критически важны для экономики, доля активных компаний ещё меньше: 22% и 28%, соответственно. Огромная часть бизнеса, который существует на бумаге, на практике находится в «спячке» или в процессе банкротства. Поддерживать его уже бессмысленно.
Чтобы экономика развивалась, «спящий» бизнес должен замещаться новым, активным. Но этого тоже не происходит. В ключевых секторах экономики коэффициент обновления предприятий колеблется в районе 20%.
Председатель АФК отметила, что 84% компаний в стране — частные, именно на их поддержку государство должно направить основные усилия. Но почти все эти компании относятся к малым. В сегменте среднего и крупного бизнеса по-прежнему главенствует квазигоссектор. Частных организаций там — менее половины. Негосударственные компании упираются в «стеклянный потолок», который мешает им расти.
— Динамика последних 25 лет показывает фундаментальный рост числа малых предприятий: на 312%. За то же время количество крупных компаний увеличилось лишь на 48%. В стране созданы условия для старта, но механизмы трансформации малого бизнеса в средний и крупный работают неэффективно, — объяснила Елена Бахмутова.
Можно решить, что все проблемы казахстанского бизнеса — из-за нехватки финансирования. Но низкий доступ к кредитам, по опросам предпринимателей, стоит лишь на седьмом месте в общем списке трудностей. А на первых позициях в «антирейтинге» — высокие налоги, низкое развитие рыночной конкуренции и дефицит кадров.
По итогам 2025 года число заявок на кредиты для бизнеса выросло на 11%, новых выдач стало больше на 18%. В первом квартале 2026-го показатели продолжают расти: бизнес за это время набрал займов на 5,1 трлн тенге. Но почти все эти кредиты — краткосрочные, до года. С их помощью можно продержаться на плаву в трудный период, но речь о длительных инвестициях в развитие не идёт. Кредиты попросту слишком дороги. Ни малый, ни крупный бизнес не хочет вкладываться в основные средства при базовой ставке в 18%.
Как ни странно, «охлаждение» потребительского кредитования, которым так гордятся АРРФР и Нацбанк, в какой-то степени тоже ударило по бизнесу.
— Ужесточение регулирования и серьёзное сжатие кредитования населения уже влияет на динамику отраслей торговли и услуг, доля которых в ВВП составляет более 20%. Замедление этих отраслей также негативно влияет и на спрос на кредитные ресурсы (в том числе краткосрочные), а в перспективе, что более важно, на рост ВВП и наличие рабочих мест, — предупредила глава АФК.
Чтобы эффективнее финансировать крупные проекты, Бахмутова предложила более равномерно распределить этот процесс между государственными учреждениями и частными банками. Кроме того, банки могли бы забрать под своё крыло часть зрелых проектов, которые уже вышли на стадию устойчивости.
Чтобы решить проблему с финансированием бизнеса, глава АФК предложила применить комплексный подход: развивать рыночную конкуренцию, стимулировать частную инициативу, повышать прозрачность и качество проектов. Только тогда деньги, которые ежегодно вкладываются в развитие казахстанской экономики, начнут работать и обеспечат устойчивый рост.
Тем временем экономист Мурат Темирханов раскритиковал главу МНЭ Серика Жумангарина, который попытался объяснить, почему в стране массово закрывается малый бизнес.