Подозреваемые сидят хуже преступников — Кудайберген рассказал о жизни в СИЗО

Ulysmedia

Депутат маслихата партии Amanat Кайрат Кудайберген, подозреваемый в организации и участии в массовых беспорядках во время январских событий, рассказал о своих буднях в следственном изоляторе КНБ. Об этом передаёт Ulysmedia.kz

Фото из социальных сетей

Со слов Кудайбергена, условия жизни в СИЗО гораздо хуже, чем в тюрьмах.

"Нельзя общаться ни с кем, кроме твоего сокамерника. Вдвоём вы делите камеру в два метра в ширину и пять метров в длину.<..> В душ здесь можно ходить один раз в неделю. Нам приходится мыться под унитазом, когда совсем в невмоготу.Хорошо, что унитаз здесь на уровне ног" — написал он в социальных сетях.

Депутат отметил адекватное поведение и профессионализм сотрудников в изоляторе. По его мнению, во всех проблемах, которые встречаются в СИЗО, виновата "безумная система".

"Кровать — это отдельный пыточный материал. Если бы сердобольные сотрудники не выдавали фанерную доску, то без всякой иронии человек может получить искривление позвоночника" — добавляет Кудайберген.

Он также рассказал о том, что на прогулку арестованным гражданам дают один час в день. Ходить по коридорам учреждения можно только смотря в пол.

"Здание СИЗО КНБ было построено в 1930 годах. Здесь расстреливали наших раскулаченных прадедов собаки из НКВД. Сейчас же здесь в нечеловеческих условиях сидят люди, которые просто подозреваются в совершении преступлений. Подчеркну, "подозреваются”, но сидят они тут хуже, чем закоренелые преступники-рецидивисты. Многие посидев тут не выдерживают и сознаются в преступлениях, которые они даже не совершали" — подытожил он.

Напомним, Кудайберген был задержан 21 апреля. 24 апреля следственный суд санкционировал ему меру пресечения "содержание под стражей" сроком на месяц. Депутата подозревают в организации и участии в массовых беспорядках в январе и связях с арестованным криминальным авторитетом Арманом Джумагельдиевым (“Дикий Арман”).

27 апреля адвокат Кудайбергена Мурат Амитов заявил, что на чиновника оказывают моральное и психологическое давление, чтобы получить “нужные показания”.